Пока Фрэнсис Форд Коппола бросает все силы на «Мегалополис», мы вспомним его самый многострадальный и легендарный опыт – психоделический эпос «Апокалипсис сегодня» Вьетнамская эпопея Копполы не нуждается в представлениях – Коппола называл свою работу не фильмом, а самим Вьетнамом в диапазоне пережитых кошмаров: тропической жарой Филиппин, раздутого бюджета и бешеного графика съемок, который из первоначального полугодовалого плана вышел на рубеж в полтора года. Это был безумный-безумный проект, который заставил киношников сомневаться в адекватности Копполы, а самих участников сьемок свел с ума (Коппола вообще чуть не застрелился). Но именно в этом долгострое, полном кошмаров, нервных срывов и тропических мук, родился шедевр, а Коппола стал настоящим патриархом американского кино, пробудившим через «Апокалипсис сегодня» чувство уникального опыта. Перво-наперво, «Апокалипсис сегодня» – это продукт психоделический культуры своего времени, уникальный военный эпос, одной ногой стоящий на территории прозы Джозефа Конрада, а другой — величественных мифов античности. Коппола в своем фильме рассказывает не только и не столько об ужасах американского милитаризма (хотя и это тоже, причем Копполой многократно высмеивается и поддается издевке), а о том, как в современный мир возвращается темная иррациональная древность и миф. О том, как в реальность скоординированных и рациональных военных решений приходит темнота, алтарь, жертвоприношение (в этом смысле наглядна концовка, где капитан Уиллард убивает Курца не в рамках боевой задачи, а в качестве ритуального заклания). Свет цивилизации и тьма древности в сошлись в противостоянии – оператор Витторио Стораро подчеркивает это через особую цветовую грамматику фильма, постоянно используя контрасты и бинарные оппозиции светого и темного, цивилизованного и архаичного. Бесшабашный американский империализм тоже состоит из ритуалов, но совершенно пустых: прослушивания Вагнера, серфинга и глазения на полуголых девушек в качестве пин-ап моделей. «Апокалипсис сегодня» – история о том, как современный Одиссей (капитан Уиллард) входит в царство Аида, где слышны ужасающие крики мертвых (в данном случае вьетконговцев, которых мы практически не видим в кадре) и переключается на новый режим сознания и чувствования мира. Мира, где побеждает ритуал. #Разбор