Михалков счёл «Оскар» мёртвой, бессмысленной премией Не так давно Никита Сергеевич разродился очередными соображениями насчёт того, какие фильмы стоит награждать, не забыв приложить инклюзивную повестку американской киноакадемии. Дескать, если к актёрскому составу номинантов выдвигаются требования (наличие представителей ЛГБТ), то это обесценивает всё, что стоит за подобным призом. Здесь, кстати, имеется рациональное смысловое зерно, и несмотря на тот факт, что «Оскар» всегда был политической акцией, в последнее время от разнообразных квот и ограничений было не продохнуть. Однако сам Михалков предлагает в качестве аналога Евразийскую академию, отбирая фильмы по нравственным критериям, которые удовлетворят страны, в подобную академию бы вступившие. Вопрос в том, почему в моменте отбора фигурирует понятие «нравственности», а не «таланта», или «развития киноязыка», или хотя бы определённых «эстетических ориентиров». Кого бы могла заинтересовать подобная перспектива – при наличия у Европы как минимум Каннского и Венецианского фестивалей – уже другой вопрос; но дополнительно смущает, что Михалков, похоже, всерьёз считает, что академия из Европы могла бы хоть кем-то восприниматься конкурентом академии американской (а это как минимум противоположные идеологические полюса). Сам Михалков, кстати, получил «Оскара» за лучший иностранный фильм («Утомлённые солнцем») и номинировался за ремейк люметовских «12 разгневанных мужчин», т. е. отлично понимал, насколько важным порой бывает значение подобного признания в международном масштабе непосредственно для отечественной индустрии. В общем, гендерный и расовой фаворитизм – это, конечно, нехорошо, но и тот метод культурного изоляционизма (а Киноакадемия России заявила, что не будет отправлять фильмы на «Оскар», вызвав раскол внутри коллектива), который исповедует Михалков, кажется нам очень натянутым и топорным ответом.