Продолжаем наш марафон по лучшим фильмам десятилетия: «Любовь» Михаэля Ханеке – большая трагедия о конце жизни как новом начале Те, кто знакомы с творчеством австрийца, знают, что ни в психологическом, ни тем более телесном аспектах это далеко не самое суровое, что он снял; «Пианистка» была сильно циничнее, «Забавные игры» – злее по отношению к зрителям, «Белая лента» – деприссивнее и в целом гораздо мрачнее. В «Любви» наполнение, казалось бы, исчерпывается обстоятельством: в интеллигентной паре пожилых супругов внезапно заболевает жена, поначалу теряя разум, а затем и тело – её, как может, выхаживает любящий муж; периодически их навещает искреннее сочувствующая дочь, всё чаще поднимающая вопрос о доме престарелых. В руках у менее тонкого режиссёра мы бы получили стандартное кино, эксплуатирующее щепетильный образ умирающих стариков (бесстыднее получается только с детьми). И для Ханеке, конечно, это едва ли не первый в карьере по-настоящему выразительный гуманистический жест – кино, действительно, о любви. Правда любовь здесь он трактует как побег из бренного мира. Здесь постоянно противопоставляются смирение и отчаяние, разум и чувства, стоическая выдержка и мучительная агония. Причём Ханеке показывает квартиру, из которой действие практически не выбирается, как модель мира – прибегая к простым, проверенным символам: будь то подозрительный взлом из начала (визит самой смерти) или освобождение голубя в конце (отлёт души). Но главное – в фильме смыкается мотив бегства из очерствевшей реальности в трансцендентные пределы и прошлое двух великих французских актёров Жан-Луи Трентьиньяна и Эмманюэль Ривы (даже Изабель Юппер при желании можно свести к функции «перенимающей эстафету»), для которых «Любовь» стала не просто последней большой работой, а своеобразным эстетическим завещанием. Именно поэтому кино принесло режиссёру вторую «Золотую пальмовую ветвь»; а сейчас уже самому Ханеке исполнилось 80 – и не факт, что он вновь сумеет подняться на подобную высоту. #2010е