Совсем недавно один близкий мне человек утешил меня предсказанием, что, когда я вскоре буду умирать и позову, то никто не придет ко мне, кроме Черного Монаха. И страшновато как-то все-таки, если уж никто не придет. Но, что же поделаешь, сложилась жизнь моя так.
1932 год, 14 апреля
40 лет
Старая Москва — город, который давно нас покинул и лишь изредка напоминает о себе осколками прошлого: метлахской плиткой в подъезде, деревянным домом в полузабытом переулке или записью в этом канале.
«Старая Москва» каждый день выкладывает ностальгические фотографии разных эпох: царской, советской, прошедшего тридцатилетия. И мы любим этот город и спорим до хрипоты, где располагалась последняя водопроводная колонка в Бирюлёво.
#реклама
Я написал инсценировку «Войны и мира». Без содрогания не могу проходить теперь мимо полки, где стоит Толстой. Будь прокляты инсценировки отныне и вовеки!
1933 год, 10 апреля
41 год
Что-то, воля ваша, недоброе таится в мужчинах, избегающих вина, игр, общества прелестных женщин, застольной беседы. Такие люди или тяжко больны, или втайне ненавидят окружающих. Правда, возможны исключения. Среди лиц, садившихся со мною за пиршественный стол, попадались иногда удивительные подлецы!
Мастер и Маргарита
Мои последние попытки сочинять для драматических театров были чистейшим донкихотством с моей стороны. И больше я его не повторю. На фронте драматических театров меня больше не будет. Я имею опыт, слишком много испытал...
1937 год, 4 апреля
45 лет
Война будет потому, что сегодня душно! Она будет потому, что в трамвае мне каждый день говорят: «Ишь шляпу надел!» Она будет потому, что при прочтении газет волосы шевелятся на голове и кажется, что видишь кошмар. Что напечатано? «Капитализм необходимо уничтожить». Да? А там, а там что напечатано? А там напечатано: «Коммунизм надо уничтожить». Кошмар! Негра убили на электрическом стуле. Совсем в другом месте, черт знает где, в Бомбейской провинции, кто-то перерезал телеграфную проволоку, в Югославии казнили, стреляли в Испании, стреляли в Берлине. Завтра будут стрелять в Пенсильвании. Это сон! И девушки с ружьями, девушки! – ходят у меня по улице под окнами и поют: «Винтовочка, бей, бей, бей... буржуев не жалей!» Всякий день! Под котлом пламя, по воде ходят пузырьки, какой же, какой слепец будет думать, что она не закипит?
Адам и Ева