О гомофобии и латентном гомосексуализме Сразу оговорюсь, что текст не направлен на пропаганду нетрадиционных сексуальных отношений и (или) предпочтений, педофилию, смену пола. Сейчас мне интересна обратная сторона такой пропаганды, то есть ее запрет, И в некотором роде я выступаю здесь скорее апологетом гомофобии. В некотором роде. Если коротко о содержании: гомофоб осуждает ни столько гомосексуализм, но свободу другого быть другим. Вас никогда не интересовал вопрос, почему гомосексуализм осуждаем и порицаем? Конечно, не только он осуждаем, но вот именно в отношении того, что должно быть частью интимной, предельной личной жизни человека – это кажется наиболее интересным. Можно, конечно, сказать: осуждаем, поскольку отстаиваются традиционные ценности. Но это не отвечает на вопрос поему. Уверен, многим приходилось слышать, что в основе гомофобии лежит латентная гомосексуальность. Я не могу с ним согласиться полностью, но вполне допускаю следующий ход мысли. Возможно, психологам и психоаналитикам будет что добавить, буду рад услышать их мнение. Несложно заметить, что осуждается в большей степени мужской гомосексуализм, при этом по преимуществу со стороны самих мужчин. В основе же почти любой агрессии по отношению к другому лежит тот простой механизм, при котором враждующий конфликтует ни столько с субъектом конфликта, сколько с внутренними проблемами. Понаблюдайте за людьми, бросившими усилием воли пить или курить: в большинстве случаев они очень агрессивны по отношению к тем, кто особо не рефлексирует о пагубности своих предпочтений в табаке и алкоголе. Однако сказать, что в основе подобного механизма лежит именно латентный гомосексуализм я бы не решился и вот почему. В основании мужского гомосексуалом лежит с одной стороны желание мужчины на каприз, желание быть слабым, не просто желание проявить свои эмоции, а именно желание быть слабым. Может быть, я кого-то удивлю, но подавляющее большинство мужчин тяготится своей необходимостью быть настоящим мужЫком, для которого проявление слабости подобно смерти, во всяком случае смерти своего социального лица. Он может быть и был бы рад разрыдаться в чью-то юбку, но не может. И позволю себе совет женщинам: если вы хотите привязать к себе мужчину, разрешите ему проявить слабость, пусть он вылакает вам всю боль своего мужского бытия, – это привяжет его сильнее, чем ваши прелести или умение готовить. Слабость и каприз – это удел женщины, – так гласят традиционные ценности. Женщина должна быть капризной. Она может быть глупой, не красивой, но отсутствие каприза для нее все равно, что отсутствие души. Чтобы кто ни говорил, но мы любим женщин именно за их капризы, но я немного отвлекся… Это не значит, что желание быть слабым непременно связано с желанием трахаться с мужиком, но для мужЫка, мужчина, проявляющий слабость – «баба» и размазня. Гомосексуалист же позволяет себе не скрывать свою слабость, – возможно, он преодолел этот конфликт или вовсе он его обошел стороной. Это первый момент. И второй аспект, – тесно сближен с первым и онтологически он даже первичнее его – соотнесен со связью между сексом и свободой. Я писал об этом как-то уже выше. Настоящий мужЫк – это вьючное животное, несущее на своем горбу груз необходимых маскулинных ценностей: бухать водку, пиздить детей и женщин, передавая бесценный опыт прожитых лет. Быть свободным для него невозможно, у него нет внутреннего компаса, указывающего путь к свободен, но лишь набор ценностей, которым необходимо соответствовать – я напомню, что свобода это не данность, но результат усилия в бытии, данная в столкновении с принятием самого себя. Гомосексуалист в мировоззрении мужЫка разрывает его восприятия бытия, что вполне очевидно и формирует агрессивную реакцию как ко всему потенциально враждебному его бытию.