Возвращаюсь к Пармениду. А где существует его бытие, единое, цельное, неразложимое, никогда не возникшее и не подверженное изменением? Да здесь же и существует, рядом, ближе… еще ближе. Сфера мнений, в которой мы наблюдаем торжество многообразия, движение и развитие, рождение и гибель, есть следствие нашей чувственной природы. Соответственно, убрав за скобки эту способности человека различать и разрывать изначальное единство бытия, мы и приходим к тому самому единому и неделимому. Забавно ли, что исторически одни приходят к этому посредством ума, иные – посредством мистических и наркотических практик, другие – ставя научные эксперименты.