Другой американской проблемой было острое недоверие к немцам как к таковым. Оккупанты боялись оккупированных. С точки зрения американцев, опасность представлял любой немец. Только зазеваешься, и он воткнет вилку в глаз, а потом угонит Шерман, сколотит банду и снова-здорово: Хюртгенский лес, Арденнский выступ, а там и до Парижа недалеко… Как поступали остальные державы в своих зонах? Они снимали нацистскую верхушку и проводили селективные проверки, руководствуясь агентурными данными, чутьем и здравым смыслом. Как поступили американцы? Они взялись проверить КАЖДОГО совершеннолетнего немца в своей зоне. КАЖДЫЙ немец должен был подробно рассказать, чем занимался после 1933 года. Потому что в «нацистской Германии» живут «нацистские немцы»; американцы действительно так мыслили (и мыслят до сих пор). Есть замечательная книга «Анкета» за авторством Эрнста фон Заломона, где тот издевается над подобным подходом. Но это уже 1951 год. В 45-м ситуация смешной никому не казалась. (Впрочем, даже сами американцы уже через год заподозрили, что занимаются чем-то не тем. Тогда начальник американской зоны оккупации генерал Клей милостиво разрешил исключить из анкетирования родившихся после 1919 года. Опасное, опасное решение! Ведь там же сплошные члены Гитлерюгенда. Слышите: «Гитлер-югенда»! Они же свастику на руке носили!) И, наконец, американцы всегда исходили из убеждения, что человек, имевший отношение к нацистскому режиму, будет для них опасен. Поэтому в своей зоне оккупации Германии они быстро столкнулись с кадровым голодом – у них не получалось найти должного количества профессиональных кадров для гражданской администрации, знакомых с местной спецификой. Нужно, допустим, назначить бургомистра в занятую деревню. Местного, который ей управляет уже лет пятнадцать, оставить нельзя – он же нацист. Никого из его команды тоже назначить не получится – ну нацисты же! Они ведь при Гитлере работали на государство. Негодяи. И все остальные кандидатуры тоже не подходят – этот год был на чиновничьей должности (нацист!), этот работал в крупной фирме, выполнявшей оборонный заказ (нацист!), этот женат на дочери партийного чиновника (нацист!). Это приводило к тому, что американцы назначали на административные должности не профессионалов, а тех, на кого ничего не удалось нарыть. Вот два примера подобной гениальной политики. (Беру их, кстати, из американской же пропаганды: журнал Army Talks от 18 ноября 1945 года. Это издание командование США распространяло среди собственных солдат, объясняя им на пальцах, чем они тут в Германии, собственно, занимаются) Пример первый. В марте 1945 года американские войска вошли в Вюрцбург, город на северо-западе Баварии. Американцам был нужен человек, который займет пост бургомистра уничтоженного на 90% города. Как вы понимаете, все профессионалы, имевшие опыт и связи не годились. Нацисты же. В итоге бургомистром сделали человека, найденного, как говорится, «за гаражами». Но зато точно не нациста. Американцы рассказывают, что «герр Шульц» скромно копался в своем садике на окраине города и был усажен в кресло бургомистра чуть ли не под дулом автомата – ну не хотел человек брать ответственность за уничтоженный город, где после бомбардировок и боев не осталось ничего. Но ему быстро объяснили, что второго «ненациста» никто искать не собирается, так что – вперед и с песней. «Герром Шульцем» американская пресса называла его для конспирации. Напомню, что США очень боялись партизанского движения и нелояльности, хотя в действительности никаких выступлений против оккупации не было (что еще раз рушит американский нарратив о «нацистских немцах»). В реальности «бургомистра из-за гаражей» звали Густав Пинкенбург; в момент назначения ему было почти 60 лет. К управлению городом он не имел вообще никакого отношения. При кайзере он служил в армии, в Первую мировую воевал в чине фельдфебеля, затем работал в сфере транспорта и страхования. Но американцам не нужны профессионалы, им нужны люди с чистой биографией. Пинкенбург дотянул лямку до лета 1946 года и при первой же возможности сбежал в отставку – «по состоянию здоровья».