Итак, перейдем ко второй части: Западному Берлину. Это не только, вероятно, главный символ Холодной войны – это еще и один из запалов предполагавшейся Следующей Мировой. Как, собственно, и Данциг. Поджигали этот бикфордов шнур как минимум дважды: первый во время т.н. «Берлинской блокады» 1948-1949 годов, второй – во время событий 1961 года («Берлинский кризис»), которые предшествовали неслучившейся ядерной войне первой половины шестидесятых. В обоих случаях масштабного конфликта удалось избежать, однако на протяжении 45 лет Западный Берлин был проблемой. (Любопытно, что Западный Берлин – это одновременно и Данциг, и Восточная Пруссия: с одной стороны, отрезанная территория; с другой – де-юре отдельный политический субъект. Как вы помните, Берлин не входил в состав ФРГ) Предыстория берлинской проблемы знакома всем: державы-победители разделили территорию бывшей Германии на оккупационные зоны, однако, в дополнение ко всему, на сектора была разделена еще и бывшая столица, расположенная в глубине советской территории. Сектора Франции, Британии и США в Берлине со временем объединились в один, став анклавом Запада далеко за железным занавесом. А зачем? Ведь никакой пользы от Западного Берлина американцам и их союзникам не было. Это же буквально чемодан без ручки. В военном отношении он не просто бесполезен, а вреден – это капкан для любых размещенных там сил. Некоторые пытаются объяснить смысл существование Западного Берлина «витриной капитализма» – дескать, так коварные американцы пытались совращать немцев, шагавших по дороге социализма. Но первое десятилетие уровень жизни был примерно одинаков во всех секторах Берлина (руины, карточная системы, оккупация), а как только разница начала ощущаться, Советы просто обнесли «витрину капитализма» стеной с колючей проволокой и пулеметными вышками. Неожиданный шаг, конечно. Кто бы мог подумать? И, собственно, для чего делить на зоны еще и столицу побежденного противника? Ну, отдали бы весь Берлин Советам, что бы изменилось? Будущая ГДР выглядела бы легитимнее, так как у нее есть Берлин, всамделишная столица? Так это Германия, там десятки вполне себе легитимных столиц, оставшихся от периода «до 1871 года». Например, Франкфурт: символ «Весны народов» и первой германской конституции. То обстоятельство, что столицей ФРГ был Бонн, тоже никак не влияло на ее статус. В общем, ерунда какая-то. Давайте разбираться вместе. Будущий раздел Германии активно обсуждался во время войны на самых разных уровнях. Союзное командование вместе с подготовкой «Оверлорда» в 1943 году набросало дополнительный план, известный как «Рэнкин»: операцию по занятию немецких территорий в случае «досрочного» выхода Германии из войны. Там рассматривались три сценария: - «А». Немецкое сопротивление внезапно ослабевает, что делает возможным проведение «Оверлорда» до 1 мая 1944. - «Б». Германия выводит войска с оккупированных территорий. - «Ц». Безоговорочная капитуляция Германии. Именно последний сценарий «Ц» подразумевал оккупацию немецкой территории и разделение ее на зоны ответственности. В соответствии с ним, одиннадцать американских дивизий занимали долину Рейна от границы со Швейцарией до Дюссельдорфа, а тринадцать британских – территорию от Рура до Любека. Фактически, речь шла о копировании исхода Первой мировой, хотя и в большем масштабе. О Берлине, да и вообще о восточной части Германии, речи не шло. И «Оверлорд», и «Рэнкин» подготовил британский офицер, начальник штаба Верховного командования союзных экспедиционных сил (COSSAC) Фредерик Морган, поэтому неудивительно, что Великобритания получала самые выгодные территории: Рур и порты. Однако сама схема была лишь приложением к «Оверлорду», поэтому детальной дискуссии о будущей оккупации не велось: куда важнее было спланировать само вторжение. Тем не менее, Рузвельт, увидев этот план, отметил, что войска Союзников должны быть готовы войти в Берлин вместе с советскими. Задаваться вопросом, как это можно организовать технически, никто не стал.