Чтобы разобраться, отмотаем пленку к 1919 году – дате заключения Версальского мира. Как показали дальнейшие события, этот договор очень продуманно, до мелочей, составили плохо. Для Германии он был унизителен, но ослаблял ее лишь до тщательно выверенного предела – чтобы через двадцать лет немцы попробовали отыграться и окончательно легли в гроб. А центральной проблемой Версальского мира стали не репарации (их тяжесть для Германии преувеличена), а неправильные границы. Заключенный в 1919 году мир содержал в себе россыпь будущих горячих точек, которые обязательно породили бы новую войну. Этого добра в договор напихали с запасом – чтобы полыхнуло уж если не здесь, то где-нибудь еще. Одной из таких точек стал Данциг, порожденный издевательским применением «14 пунктов» Вильсона. Немцы изначально полагали, что эти 14 пунктов лягут в основу мирного договора, но по отношению к Германии этого не произошло. Зато когда речь заходила о других странах, пункты Вильсона без проблем вступали в силу. 13-й пункт гласит: «Должно быть создано независимое Польское государство, которое должно включать в себя все территории с неоспоримо польским населением, которому должен быть обеспечен свободный и надёжный доступ к морю, а политическая и экономическая независимость которого, равно как и территориальная целостность, должны быть гарантированы международным договором». Вот на основании этого пункта польская делегация на Парижской конференции потребовала себе Данциг: крупный порт на Балтийском море. На что полякам резонно ответили: - Президент Вильсон пообещал, что в основу мирного договора ляжет право народов на самоопределение. Побойтесь Бога, в Данциге 90% населения немцы! - Ничего не знаем, хотим Данциг. 13-й пункт. Доступ к морю. Вы написали, вы теперь и думайте. В ходе конференции США и Франция вели себя как «злые следователи», предлагая не мучиться и просто отдать Данциг Польше целиком. Священный 1793 год был буквально вчера, давайте восстановим историческую справедливость, и т.п. «Добрым следователем» выступали британцы, защищавшие Германию от чрезмерных претензий Польши. Британский ученый Джеймс Хедлам-Морли (который во время войны – только не смейтесь! – занимался антинемецкой пропагандой) провел соответствующие исторические исследования и сделал невероятное открытие: оказывается, в прошлом Данциг был вольным городом! На основании этого удивительного факта он предложил так же поступить и в этот раз: сделать Данциг де-юре независимым городом-государством под протекторатом Лиги Наций, но экономически тесно связанным с Польшей. (Рядом Кассандрой куковал Ллойд Джордж: «Франция будет сражаться за Эльзас, если кто-то оспорит ее права на него. Но станем ли мы воевать за Данциг?». Видите, британские джентльмены действительно не врут, просто им не верят, даже если они говорят правду) Так британцы и надели полякам на голову Данциг, будущий запал мировой войны. Не единственный, но фейерверк начался именно благодаря ему. И, конечно, речь идет не о случайности: Данциг как государственное образование был продуман британцами до последней мелочи. Скажем, у Данцига имелась собственная валюта, гульден. Курс гульдена был привязан к британскому фунту: один гульден равнялся 1/25 фунта. Когда в начале тридцатых произошла девальвация фунта, обменный курс гульдена изменился вслед за ним. На ребре гульденов большого номинала была выбит новый девиз вольного города, он же британская программа на ближайшие годы: Nec temere, nec timid – «Ни поспешно, ни робко». А своевременно. (Считается, что это девиз одного датского адмирала из XVII века. Тем не менее, активнее всего это выражение использовали в Великобритании – было несколько английских родов, выбравших его своим фамильным девизом. А в XX веке пыльный девиз вручили британскому криптопротекторату на Балтике:-)