Баум сделал неплохую партийную карьеру в ГДР. Кстати, именно ему весной 53-го поручили озвучить идею «добровольного» повышения трудовых норм при одновременном снижении зарплат почти на треть. Все помнят, чем это закончилось. Еще Баум был известен своими воспоминаниями о пребывании в Освенциме. Оказывается, храбрый электрик возглавил подпольную группу, собиравшую в концлагере важные разведданные и передавшую их по коротковолновому передатчику в Лондон. Вместе с отважным польским офицером Витольдом Пилецким, Бруно Баум является основным источником о происходившем в Освенциме. (Пилецкий, как утверждается, был заслан в Освенцим польским сопротивлением, чтобы узнать, что же там такое творят немецкие нелюди. Пан Штирлецкий провел там три года, всё заснял, записал, запомнил и в 1943 году лагерь преспокойно покинул. «Через вход». По итогам пребывания в Освенциме он подготовил т.н. «Доклад Пилецкого», благодаря которому союзники узнали новый термин: «лагерь смерти». Правда, общественности столь важный документ почему-то показали лишь в 2000 году в виде «реконструкции» некоего польского историка. В отличие от Баума, который написал аж три версии лагерных мемуаров, Пилецкий поколебаться с линией партии не успел: его довольно грубо ликвидировали еще в 1948 году) С Хонеккером вышло еще интереснее: его отправили в ту же тюрьму, что и Баума, посадив в одиночную камеру. Это уже довольно комфортные условия. Спустя полгода его перевели в приличную камеру на трех человек, а сам Хонеккер стал помощником тюремного врача (думаю, никому не стоит объяснять, насколько это выгодная должность). Полагаю, что с Баумом все было примерно так же, просто в биографии Хонеккера такие моменты описаны подробнее. Все в том же 1943 году режим смягчили и Хонеккеру: его отправили в ремонтную бригаду, которая занималась восстановлением берлинских домов, поврежденных бомбежками. Сам Хонеккер позже рассказывал, что еще им поручали поиск неразорвавшихся бомб, а также разбор завалов. Может быть, хотя даже при таких условиях работа в городе уж точно приятнее сидения в четырех стенах. А потом, весной 1944 года, бригаду Хонеккера переводят в… женскую тюрьму. Дальше я, извините, рассказывать не буду – как-то совсем не мой формат. Неловко. (Как и самому Хонеккеру, который отчего-то очень стеснялся того, что его первой женой стала надзирательница этой тюрьмы, Шарлотта Шануэль) Так что за приложения к делу Баума, которые собрал и хранил Мильке в своем чемодане? Во-первых, речь идет протоколах, из которых следует, что именно неосторожные действия Хонеккера стали причиной разоблачения группировки Хонеккера-Баума-Хагера и арестам ряда других коммунистов. Во-вторых, о показаниях самого Хонеккера, в которых герой антинацистского сопротивления и образец для каждого жителя ГДР сдал абсолютно всех. В-третьих, два прошения отца Хонеккера, поданные в 1939 и 1942 годах. Хонеккер-старший просил помиловать его сына, утверждая, что коммунизм был юношеской придурью, а сейчас Эрих исправился, от коммунистических взглядов отказался, считает, что «его юношеские идеалы реализованы в нынешнем государстве» и вообще готов сражаться за геноссе Гитлера и социалистическую Германию. О других документах говорится меньше. Упоминаются письма его жен: второй (Эдит Бауманн) и третьей (Маргот Файст, «фиолетовая ведьма» – тоже одна из персонажей «Клео», кстати) к Ульбрихту с довольно типовыми доносами друг на друга, а также всякие свидетельства неизбежного казнокрадства, вроде использования казенных средств для ремонта виллы Хонеккера, записанной на какую-то из его любовниц. В подробности содержимого чемоданчика не вникает даже архив Штази, так что можно предположить, что там имелись и другие документы – но нам их не покажут. Как я уже упомянул, в «Клео» попытались пофантазировать на тему «что же там было», однако именно этот сюжетный поворот у них вышел неинтересным. Предположу, что специально. Это же развлекательный сериал, а не документальный фильм. Да и подлинное содержание чемоданчика могло быть таким, что именно самые смелые фантазии оказались бы наиболее историческими корректными.