Поскольку обретение Красного Чемодана Мильке произошло в условиях весьма мутных, говорить о его содержимом наверняка сложно. Даже если КЧМ действительно нашли так, как это описывается, он потом пошел по рукам – и не всегда хорошо вымытым. Но я не какой-нибудь ревизионист, выдумывать ничего не собираюсь. Давайте обсудим те документы, которые в нём находились официально: по данным архива Штази. Это тоже интересно. (Как ни удивительно, история об убийстве полицейских на Бюловплац в Берлине прямого отношения к КЧМ не имеет. На всякий случай напомню, о чем речь: в 1931 году боевики КПГ напали на троих полицейских, дежуривших на Бюловплац. Одного полицейского убили на месте, одного смертельно ранили, еще один – выжил. Существует гипотеза, что боевиков было трое, но достоверно известно лишь о двух из них: Эрихе Цимере и Эрихе Мильке. Действовали они по поручению депутатов Рейхстага от КПГ Киппенбергера и Нeймана, которым приказ о проведении акции отдал лично геноссе Ульбрихт, руководитель берлинского отделения партии. Задержать убийц в 1931 году не удалось; спустя пару лет в рамках нового расследования была осуждена примерно дюжина мелких соучастников. Главные фигуры дела к этому времени давно покинули страну, и довольно быстро умерли: Киппенбергера и Нeймана расстреляли в СССР во время процессов 1937 года, а Цимер сгинул в воющей Испании. Так что в итоге остались лишь дон Ульбрихт и солдато Мильке. В ГДР об инциденте на Бюловплац говорить не любили, потому что это бросало тень на Партию. Ведь кто-то мог бы подумать, что руководство Правильной Германии состоит не из борцов за светлые идеалы социализма, а отмороженных террористов, еще не так давно реагировавших на несложные команды вроде «режь кяфиров!» и «Аллах акбар!». Правда я считаю, что политический компромат работает вовсе не так, как это кажется со стороны. Само по себе наличие папочки на видного политика не даёт ничего. Мысленный эксперимент: вот к вам попал ноутбук сына президента США. И что дальше? Считается, что материалы по делу о Бюловплац Мильке бережно хранил в подвале своего дома в Вандлице; вдобавок он еще и подготовил подробные мемуары, где в деталях описал роль руководства КПГ и лично геноссе Ульбрихта в организации нападения на полицейских. В итоге после ликвидации ГДР Мильке посадили не за «преступную деятельность Штази», а как раз за убийство шестидесятилетней давности, причем в ход пошли именно судебные архивы 1933-34 годов из подвала Мильке. Приговор был символическим: шесть лет, из которых престарелый Мильке не отсидел и трех, выйдя на свободу в конце 1995 года) Жемчужиной КЧМ считаются приложения к делу Бруно Баума (он же Фриц Андерс, он же Вальтер Шварц) – боевика КПГ и близкого товарища Хонеккера и Курта Хагера. Все трое были арестованы в 1935 году. Хагеру вскоре после ареста каким-то образом удалось утечь за границу (интересно, как?), а вот Баум и Хонеккер получили полноценные сроки: 13 и 10 лет соответственно. Справедливость приговоров я комментировать не буду (национал-социалистическую диктатуру мы осуждаем), отмечу лишь, что ужасы условий, в которых нацисты содержали заключенных коммунистов (немецких коммунистов, это важно) несколько преувеличены. Скажем, вождь немецких рабочих товарищ Тельман большую часть своего срока провел в комфортной одиночной камере, где имел возможность работать и принимать посетителей, включая жену и дочь. Да, нацисты били его на первых допросах, а в 1944 году, после покушения на Гитлера, Тельмана подмели от греха подальше вместе со всеми остальными «ненадежными элементами». Но в промежутке между этим никто не отправлял его в концлагерь махать кайлом или крутить гайки. Баум и Хонеккер до уровня Тельмана не доросли, поэтому им люксовой камеры не полагалось. Первый провел шесть лет в обычной тюрьме Бранденбург-Гёрден, откуда его в 1943 году перевели в Освенцим. Но, как ни странно, речь шла о смягчении режима: Баум работал там электриком и пользовался значительной свободой перемещения и распорядка. В январе Баума отправили в более безопасный Маутхауззен, где его благополучно освободили американцы.