Хаммерштейн умер в очень удобный момент: в 1943 году. Это дало основания его биографам писать, что беспокойный генерал ушел в иной мир раньше, чем до него добрался Гитлер. Действительно, после июля 1944-го начали подметать всех. С вероятностью 90% Хаммерштейн был бы арестован. Но я абсолютно уверен, что даже в этом случае он не был бы казнен, а отправлен в безопасное место лагерь, где бы дождался прихода Союзников – как это случилось с его семьей. Он же не Вицлебен какой. (А теперь представьте, какими эпициклами ходили бы биографы Хаммерштейна, если бы тот прожил еще пару лет и, одновременно, не был бы арестован? «Гитлер не забыл Хаммерштейна и хотел отомстить ему, но заговор Штауффенберга сорвал планы диктатора»? «Прозорливый генерал убрал свое имя изо всех телефонных книг, и ищейки гестапо не смогли найти Хаммерштейна»? «Месть Гитлера должна была стать настолько ужасной, что над ней трудился целый отдел Аненербе, лишь чуть-чуть не успевший до конца войны»?) Похоронное хамство – фирменный прием Хаммерштейна – продолжалось даже из могилы. Якобы ничего не забывший и не простивший фюрер (Гитлер отлично знал о возможном путче в январе 1933 и, как считается, держал Хаммерштейна на карандаше) организовал мятежному генералу первоклассные похороны: на кладбище Инвалиденфридхоф, с присутствием военных и партийных чинов, венком лично от фюрера и пением гимна. Но покойный Хаммерштейн через своих детей заявил, что: - нацистской тряпки на своем гробу он не потерпит - «Хорста Весселя» петь не надо Организация похорон застопорилась. Пока ответственные службы пытались как-то все согласовать, Хаммерштейны забрали гроб с главой семейства и уехали из Берлина в свое поместье в нижнесаксонском Штайнхорсте. Там Хаммерштейна и похоронили. Похоронный венок от Гитлера был издевательски «забыт» в берлинском метро. Как и во всех предыдущих случаях, полоумный диктатор отчего-то проглотил оскорбление. Начав конспект про Хаммерштейна, я напомнил, что больше всего он известен своей максимой про четыре типа офицеров. Найти первоисточник довольно сложно. Возможно, ее обрели среди генеральских бумаг, которые после войны опубликовал Кунрат. Почему бы и нет? (Кстати, в воспоминаниях детей Хаммерштейна есть забавный эпизод: когда генерал умер, они обнаружили, что тот перед смертью уничтожил все личные документы, чтобы те не попали в руки гестапо. Ну, то есть, этих документов не было. А его рабочий стол, с которого столько лет пропадали бумаги, был девственно чист) Как бы там ни было, в письменном виде и на немецком максима Хаммерштейна появилась, скорее всего, только после войны. А на других языках? Эрик Варбург, очень известный персонаж, служивший у американцев, вспоминал, что в октябре 1942 года его перевели на секретный командный пункт британской армии, расположенный в поместье лорда Латимера в Бакингемшире. - Каково же было мое удивление, - вспоминает Варбург, - когда я увидел за столом одного из офицеров написанное большими буквами на стене „I divide my officers into four groups…“ и далее по тексту. И не говорите. Все мы крайне удивлены. Итак, давайте подведем итог. Жил да был немецкий генерал, который на словах терпеть не мог Гитлера и нацистов. На деле же он не только не выступал против режима, но и, вероятно, даже «немножко помогал». Одновременно с этим, генерал вел себя крайне вызывающе – но нацистская диктатура ничего ему не сделала. Ни разу. И еще у генерала были дети, семь штук. Из них как минимум шесть принимали самое активное участие в шпионской и подрывной деятельности, активно пользуясь положением и протекцией отца – а, вероятно, и просто выполняя его указания. Как и в случае с генералом, никто из них не пострадал, хотя просто элементарные принципы стохастики говорят, что уж кому-то да должно было не повезти. Особенно если вспомнить, что вокруг чудо-семейки люди гибли десятками. Несмотря на причудливость биографий, дети прожили очень долгие жизни и вошли в историю героями. Мог ли я пройти мимо столь интересной истории? Ну, конечно же, нет.