Звучит, конечно, страшно. Но вообще-то Бухенвальд не был конечным пунктом для Хаммерштейнов. Поезд заехал туда просто забрать попутчиков, точно так же, как потом он заскочит в Дахау. Это был «золотой конвой», вывозивший особо ценных заключенных в Альпы. Список пассажиров этого конвоя слишком большой, чтобы его здесь приводить. Можете почитать сами. Я упоминал о нем в отступлении о Шлабрендорфе; как вы понимаете, летописец Сопротивления тоже оказался там. Самое главное, что нужно знать об этом конвое – случайных людей там не было. Только Очень Важные Персоны, которых любой ценой увозили в безопасные Альпы, подальше от боев и бомбежек. Рассказ об их освобождении всегда идет под драматичную музыку. «У СС был приказ уничтожить заложников…», «Одному пленному полковнику удалось тайно позвонить командованию в Боцене…», «Подпольный комитет во главе с агентом британской разведки…», «Вермахт успел в последний момент…», «Местный глава гестапо получил приказ убить пленников любой ценой, но внезапно покончил с собой…». Достаточно помнить главное – все VIP были благополучно переданы американцам, никто не погиб. Поэтому стоит ли усложнять рассказ? Людей нужно было спасти, вот их и спасли. Кстати, в альпийский конвой отправили только Марию и Хильдур. «Женщины и дети вперед». Франца почему-то отпустили, когда поезд прибыл в Дахау. Тот добрался до Мюнхена, а оттуда на велосипеде (!) через всю Германию (!!!) потрюхал домой в Штайнхорст. Когда он подъезжал к городу, к нему приблизился какой-то подозрительный прохожий. Франц испугался, что бродяга отнимет у него велосипед. Но – о, чудо! – это оказался его дорогой брат Кунрат, пропавший в конце августа 1944 года. /пронзительное соло на виолончели, камера отдаляется, экран гаснет, титры/ После войны Франц стал теологом. (Разумеется, протестантским. И самых широких взглядов. «Я крещен как католик, прошел конфирмацию как протестант, и еще каждую пятницу посещаю синагогу». Человек более циничный, чем я, вероятно, предположил бы, что Франц банально был атеистом) Он летал в США, где некоторое время учился в Говардском университете – весьма любопытном заведения хотя бы потому, что это университет для черных. И публику он выпускает специфическую. Сам Франц позже стал в нем почетным доктором. Это уже не «метод Хаммерштейна», конечно, а «метод Хабермаса»: сдаться в плен, а потом пудрить мозги новым поколениям американцев в их же университетах. Чтобы в США возник пожар BLM-подобных движений, нужно работать не одно десятилетие, поэтому Делом занялись сразу после войны. Разумеется, инициатива принадлежала не Германии – никакой Германии тогда уже (еще) не было. Еще Франц стал одним из основателей организации ASF – Aktion Sühnezeichen Friedensdienste («Движение искупления / служба на благо мира»). Ее цель – преодоление последствий нацизма и искупление немецкой вины. Для этого у почтенной организации имеются филиалы по всему миру; и было бы чудовищным кощунством предполагать, что они занимаются чем-то отличным от помощи жертвам нацистов и просветительской работы, чтобы избежать повторения ужасов гитлеровской эпохи. Из рядов ASF вышло немало достойных людей, некоторые из них даже занимали государственные посты в Германии. Сам Франц во время работы как в ASF, так и подобных ей организациях, всегда особое внимание уделял Восточной Европе – совсем как старшие братья. Что касается Хильдур, младшенькой, то она просто в силу возраста не успела так же активно поучаствовать в интересных событиях, как ее братья и сестры. О ее послевоенной жизни известно немного. Но один любопытный момент есть: в 1952 году она вышла замуж за американского священника Ральфа Цорна и уехала вместе с ним в США. А Ральф Цорн, между прочим, весьма заметная фигура в американском духовном сословии. Например, он сопровождал Мартина Лютера Кинга в качестве переводчика во время его поездки по обоим Берлинам – весьма знаковая поездка. Да и для знаменитого проповедника Берлин город особый (почитайте, почему его зовут Мартин Лютер Кинг). Хотя на фоне приключений прочих Хаммерштейнов, это, конечно, мелочь. «Чем бы дитя не тешилось».