Следующая дочь Хаммерштайна, Мария Тереза («Эзи»). Началом ее бунта стала дружба с Верой Левин, дочерью еврейского врача, участвовавшего в сионистском движении. В доме Веры Эзи познакомилась с марксистской литературой, а также завела знакомства в еврейской среде. (Про эту дружбу Мария Тереза рассказывала так: Вера часто приходила к Хаммерштейнам в гости, но во время одного из визитов она увидела огромную свастику, нарисованную мелом на двери генеральского дома. После этого Вера у Хаммерштейнов больше не появлялась, хотя общения с Эзи, конечно, не прекратила. А кто же нарисовал эту свастику? Младший брат Марии Терезы Кунрат. Сорванец начитался Фёлькишер Беобахтера – десятилетние дети, как известно, обожают такую прессу – и расписал дверь. Ну хорошо. Всякое бывает. Но откуда в доме генерала Хаммерштейна, «крайне негативно относившегося к нацистам», оказался рупор НСДАП? Ответ готов незамедлительно: фабрикант Бехштейн – тот, который выпускал рояли и пианино – подарил генералу подписку на интересную газету. И все, это проклятье уже никак не снять; каждое утро в доме появляется новый выпуск – как письмо из Хогвартса. Но генерал ее, конечно же, не читал, нет. Это все Кунрат) Эзи тоже поступила в университет, но считается, что учеба ее не вдохновила – скучно. Она предпочитала общаться с левой берлинской богемой и читать Маркса-унд-Энгельса. Чтобы не отдаляться от трудового народа, Эзи волевым решение отказалась от элементов буржуазной жизни – например, перестала ходить на скачки. Опять же, утверждается, что глупую генеральскую дочку удачно сагитировал коварный еврейский коммунист Натан Штейнбергер (в начале тридцатых уехал в Москву, во время чисток 37-го года отправлен на Колыму, выжил, а после смерти Сталина сумел даже вернуться в ГДР), но в реальности Штейнбергер и Шолем были нужны обеим Мариям как провожатые в коммунистическое движение. Нужно же как-то объяснить трудящимся, почему две богатые девушки из аристократической семьи вдруг загорелись идеей мировой революции? А то сначала товарищам рассказывают про «классовое сознание», а потом выясняется, что в руководстве партии, борющейся за интересы трудового народа, почему-то нет ни рабочих, ни крестьян. Кроме того, Эзи много ездила: в Барселону, Прагу, Будапешт. Какое-то время провела на фризском острове, где работала на мелкой должности в школе. И, наконец, Хельга. Она считается совсем уж божьим наказанием; например, родители сдали ее в монастырскую школу для девочек, где та, по собственным словам, просто прогуливала большинство занятий. В 1928 году пятнадцатилетняя Хельга познакомилась с юным коммунистом еврейского происхождения Лео Ротом (он же «Руди», он же «Виктор», он же «Эрнест Хесс» – то есть, неизвестно кто). Рот быстро станет важным человеком в «М-Аппарате» – разведывательной службе немецкой компартии, с 33-го года подчиненной напрямую Москве. Я предположу, что вы уже ловили паттерн, поэтому судьба «хитрого» Рота едва ли вас удивит (ликвидирован в СССР в 1937 году вместе с остальным руководством Аппарата, включая его первого шефа Ханса Киппенбергера). Согласитесь, интересная картина: три старших дочки высокопоставленного немецкого генерала неожиданно увлекаются коммунистическими идеями и бросаются во все тяжкие. Вокруг них целый вихрь событий: шпионаж, аресты, убийства – но с голов Бутци, Эзи и Хельги не падает даже волоска. Девочки хлопают глазками и собирают цветочки. А рядом штабелями лежат трупы.