Отступление о «Странной войне». Раз уже речь зашла о Западном фронте, можно вспомнить еще одну странность. Речь идет о «Мехеленском инциденте». Честно говоря, если бы не недавние события, я бы, наверное, о нем и не вспомнил. Прямого отношения к Хаммерштейну он не имеет, но давайте чуть-чуть отклонимся от курса. Все мы знаем, что Вторая Мировая война началась 1 сентября 1939 года, когда Германия напала на Польшу. Следующей фазой, если не считать «Учения на Везере», стало успешное вторжение во Францию, стартовавшее в мае 1940-го. А в промежутке между этими событиями на Западном фронте происходила «Странная война», «Зитцкриг»; когда две армии стояли друг напротив друга и ничего не предпринимали. Допустим, у французов были веские причины играть от обороны, но почему немецкие войска, разобравшись с Польшей, тянули аж до мая? Во-первых, у немцев не было плана вторжения. Звучит странно, но везде пишут, что разработка плана началась только 27 сентября. Первый план был готов 19 октября; спустя десять дней в него по рекомендации Кейтеля внесли некоторые изменения. Обе версии мало чем отличались от классического «Плана Шлиффена» предусматривавшего разгром войск Союзников в Бельгии и прорыв во Францию. Немецкий генералитет отмечал, что успех не гарантирован и события могут пойти по сценарию ПМВ. Кроме того, генерал Эрих фон Манштейн подготовил альтернативный вариант наступления. Он предложил прорвать оборону противника в неожиданном месте – в Арденнах – с использованием танковых подразделений, а затем захватить переправы через Сомму, окружив вражескую группировку в Бельгии. Поскольку танкам требовалось в три-четыре раза меньше времени, чтобы совершить подобный бросок, у немецкой армии сохранялся элемент внезапности. С другой стороны, переброска войск через Арденны сложна: там леса и горы, через которые тогда проходили всего четыре, что ли, дороги. Любая ошибка привела бы к тому, что немецкие танковые колонны бы просто разбомбили на марше. Но главным изъяном проекта Манштейна являлось то, что он работал, только если Союзники вступали в Бельгию; в противном случае окружать было бы просто некого. В итоге, командование признало его идею чересчур рискованной и решило придерживаться собственного плана. Несмотря на имеющийся план, наступление не начиналось. Говорят, что его переносили 29 (!) раз. Немецкие войска стояли в шести ночных переходах от своих стартовых позиций, но вторжения все не было. Наконец, окончательной датой было названо 17 января. Как вдруг…