В биографии Хаммерштейна есть совершенно необъяснимый эпизод, который его биографы обычно проговаривают скороговоркой, как «неинтересный». 9 сентября 1939 года, в разгар Польской кампании, Хаммерштейна почему-то возвращают на военную службу. Ему поручают командование Армейской группой А (Armeeabteilung A) на Западном фронте. Это очень странное военное подразделение с непонятным статусом, неопределенным составом, и еще более неясными целями. На тот момент на Западном фронте находились три армии: Первая, Пятая и Седьмая. Первая и Седьмая располагались на границе с Францией, готовясь отразить гипотетический удар с запада. Пятая находилась у Люксембурга и Бельгии, в районе Айфеля. Но кроме трех армий была еще некая Армейская группа А, вытянутая вдоль границы с Нидерландами. И ее командующим стал Хаммерштейн. Группа А была малочисленна и состояла из только что сформированных дивизий, которых было заведомо недостаточно для обороны длинной голландской границы. Первое, что сделал Хаммерштейн, получив новое назначение – тут же начал рассказывать всем вокруг, что собирается убить Гитлера. Дескать, он пригласит его осмотреть оборонительные укрепления, фюрер зайдет в бункер… - И тут обязательно произойдет несчастный случай, - довольно потирал руки Хаммерштейн. Этот абсурд продолжался две недели, до 24 сентября, когда Хаммерштейн был окончательно отправлен в отставку, а загадочная Армейская группа А – расформирована. Ее штаб и несколько небольших подразделений перевели в Краков. То есть, получается, что в разгар боевых действий только что начавшейся войны, когда очень важно не пропустить удар в спину, на Западном фронте создается нестандартное подразделение (в вермахте обозначение «Армейская группа» присваивали временно существующим подразделениям, которые позже должны быть переформированы или слиты с другими), а его командующим назначается открыто нелояльный генерал, который вместо руководства войсками демонстративно готовит покушение на фюрера. А как только боевые действия в Польше прекращаются, подразделение и его командующий исчезают. (Конечно, не стоит забывать, что Нидерланды официально придерживались нейтралитета и, вероятно, рассчитывали на повторение событий ПМВ. Следовательно, необходимости в сильной группировки у их границ вроде бы не было. С другой стороны, Голландия имела тесные связи с Англией и в любой момент могла стать угрозой для Германии хотя бы в качестве плацдарма для британских войск. Об этом, например, говорил сам Гитлер на совещании с руководством вермахта в ноябре 1939 года. Т.е., с точки зрения самого Гитлера, граница с Нидерландами являлась важным стратегическим рубежом) Именно такие вещи надо называть «Странной войной», а не тишину на Западном фронте. У немцев не было возможности наступать, у Франции не было причин – Первая мировая стоила слишком дорого, и Париж рассчитывал удушить Германию экономической блокадой. А вот кадровая политика Гитлера – действительно, была «странной».