Немного о том, как работает низовая журналистика (на уровне «контент-райтера»).
О смерти Егора Просвирнина на немецком языке пока написал только помойный «Бильд. И как написал! Оказывается, перед смертью Егор выбросил из окна нож и «бензиновую канистру».
«Какая чушь», подумал я. «Но ведь откуда-то они это взяли?».
Все правильно. Одно желтое издание списало у другого: «Бильд» готовил текст по заметке «Дэйли мейл», которое оказалось не в состоянии перевести загадочный русский термин «газовый баллончик».
Через пятьдесят лет кто-нибудь задастся вопросами: что случилось с Егором? Действительно ли с балкона его дома возможно допрыгнуть до мостовой? Откуда вообще весь этот треш со смертью нагишом, скорой «148В» и последующим глумлением над трупом, вроде падающего на него ограждения?
И закономерно получит по башке бензиновой канистрой.
(А Егора, при всем моем неоднозначном отношении к нему, искренне жалко. Он был веселым и ярким человеком, без него медиапейзаж опустел. Как литература после смерти Крылова)
