Соавтор поправок, госпожа Закиева, тем временом говорит, что МИОР отправил 2006 «реагирующих документов» на удаление незаконного контента. Цифры нам показались весьма спорными, и мы решили ещё раз проанализировать отношения МИОР и техногигантов. Статья получилась очень большой, для тех, кому лень читать полностью, тут даём краткие итоги: 1) Хотя на момент написания материала в открытом доступе самые актуальные отчёты IT-платформ относятся к периоду январь–июнь 2021 года, есть все основания полагать, что депутат очень сильно преувеличивает старания МИОР в деле написания запросов, касающихся чувствительных тем, связанных с правами детей и подростков. 2) Реальность статистики, которую приводит в пример депутат не доказана. Данные показывают, что Google и TikTok реагируют на 47% и 75% запросов из РК соответственно, а в Meta в первой половине 2021 года вообще подобных обращений не поступало. Таким образом, информация МИОР о реагировании на 20% запросов — не является правдивой. 3) В этой связи норма, благодаря которой станет возможным ограничение деятельности IT-платформы на территории РК в случае отсутствия реакции на запрос со стороны МИОР, представляется политическим инструментом, а не проявлением заботы о несовершеннолетних, напомним, что основной массив запросов МИОР касается вовсе не защиты детей от противоправного контента, а критики власти и национальной безопасности (что бы ни имелось в виду под этими формулировками)