Один из верных способов отличить русского от хохла — крепко выпить с человеком, а утром посмотреть, какой он с похмелья. Русский — свободный человек европейской культуры. Неудивительно, что с похмелья его мучает совесть, накатывает тоска, начинается вся вот эта вот рефлексия, достоевщина, самоумаление. Словом, конец жизни. Хохол же — это украинизированный русский, а украинский культурный образец — западенцы. Западенцы (при всех понятных исключениях) — воспитаны как рабы великих народов Европы, а раб никогда ни в чём не виноват. Точнее, он виноват всегда и во всём, но перед Господином, а не Господом. Он может расстраиваться, что поступил неправильно, огорчил Хозяина и будет наказан. Но его никогда не будет мучить совесть, он никогда не придёт к покаянию и не задумается над тем, а что если он в принципе не очень хороший человек. Поэтому, чем больше русский украинизирован, тем меньше у него с похмелья дыра в душе, тем слабее всепоглощающая пустота внутри, тем легче могильный камень, что лежит на его груди, когда он с бодуна. Хохол не слышит поутру после пьянки стук колесниц, спешащих вершить над ним судилище. Хохол не воображает, как уже в ближайший вечер лучшие люди страны соберутся в отеле Ритц на Тверской и будут обсуждать все его провинности, начиная со школьных лет, и то хохотать, то гневаться, а в конце вынесут безжалостный приговор. Хохол — существо бессовестное, и с похмелья не мучается ничем, кроме головной боли и прочих телесных недомоганий. Душа его чиста. Помните об этом, и наблюдайте за похмельными людьми, находящимися в зоне риска (жители Малороссии и Новороссии, потребители украинской пропаганды, модники). Неважно, что они пишут в своих каналах и что говорят в личных беседах. Гораздо больше вам расскажет их состояние духа наутро после литра виски на двоих. (Для злопыхателей: легко понять, что это чисто теоретические рассуждения и игра ума; я на службе, и ни с какими хохлами, разумеется, не пью, даже в научно-экспериментальных целях. Хорошего дня)