Некоторые публицисты злорадствуют, что из России уехали звёзды шоу-бизнеса. Мол, туда и дорога, пиздота, в лучшие времена таких вообще за оградой кладбищ хоронили. Но политический публицист — это такой же артист. Который — Делает шоу для своей публики — Требует от властей сделать шоу для него У Веры Брежневой шоу, наверное, называются как-то типа «Окрылённая любовью» или вроде того. У военкоров с Донбасса шоу называются «Бои за Мариуполь». У диванных войск — «Информационная война». Разница колоссальная, но фундаментально её нет. На том конце монитора на диване сидит расслабленный мудак, жрёт чипсы и скроллит ленту. Захочет — будет смотреть танцы Веры Брежневой. Надоест Брежнева — будет щекотать нервишки Мариуполем. Там эрос, тут танатос. Опять же — разница огромная, но технически — никакой. Патриотическое чувство и боль за погибших, конечно, есть, но они существуют исключительно в голове потребителя, как и фантазии о Вере Брежневой. Ни то, ни другое, ни во что не транформируется, оставляясь личным впечатлением расслабленного мудака с чипсами. Поэтому какой-нибудь Ольшанский может требовать тотальной войны, «вставай страна огромная», восстановления России в границах 1903 года. Но реально чуваку просто охота подрочить на новую политическую карту, почитать националистические каменты, посмотреть видосики, где люди машут триколорами по зову сердца, поглядеть на парад в Киеве, покричать кричалки. И это неодолимое желание может лежать в основе не то, чтобы телеграм-постов, а целых политических трактатов российского публициста — эталона мещанской мелочности. «Надо мобилизовать стариков, женщин и детей, а всё население накачать военной пропагандой. Чтобы что? Чтобы Митеньке Ольшанскому стало тепло на душе». На Донбасс пиздуй, мудила душевная. https://t.me/komissarischezaet/10