Анкап-тян. Страница 2

​​Свобода слова — в отношении всего, но не физического насилия

Волюнтарист

На фоне недавних блокировок консервативных групп и ресурсов западными корпорациями, а также ввиду более давних претензий ко мне по поводу того, что я призывал к участию в блокировке ютуб-канала пропагандиста Владимира Соловьёва, я бы хотел высказаться по поводу моей, да и в целом либертарианской/волюнтаристской позиции касательно свободы слова.

Как мы знаем, идея волюнтаризма состоит в том, чтобы искоренить любое проявление насилия и силового принуждения во взаимоотношениях между людьми, то есть добиться состояния максимальной свободы деятельности, договорённости и ассоциации. Сразу же можно сказать, что блокировка контента любого рода со стороны любой площадки не является насильственным действием, а значит это не то, против чего может выступать волюнтарист. Однако в современном мире сложилась такая ситуация, что крупные социальные платформы в большой степени зависимы от государств, они находятся с ними в тесном сотрудничестве (особенно с полицией и спецслужбами), а также нередко получают от них монопольные привилегии и субсидии. Фактически они в той или иной степени работают за счёт отнятых у людей налоговых средств, и пока это остаётся верным, они, по мнению многих людей, не могут быть ничем иным, кроме как публичными сервисами, на которые должна действовать свобода слова в абсолютной (или почти абсолютной с небольшими оговорками) степени. Также я нередко сталкиваюсь с таким мнением, что даже в условиях свободного общества на любые крупные социальные платформы необходимо оказывать давление, чтобы те тоже поддерживали у себя полную свободу слова.

Однако не забываем, что самой главной проблемой для нас является насилие. С ним необходимо бороться. И в ходе этой борьбы нельзя ни в коем случае допускать распространение и популяризацию насильственных идей, так как это лишь будет провоцировать новые акты насилия, что приведёт к множеству отрицательных экстерналий (о которых я много рассказывал в материалах своего канала и паблика) и в дальнейшем может обернуться для нас всех и вовсе катастрофой (кто-то, желая решить свои проблемы через насилие, может даже использовать оружие массового поражения, например, выпустить на свободу очень опасный вирус).

Понимание этого и позволит нам сформулировать ответ касательно того, какая политика должна применяться сейчас на так называемых публичных социальных платформах, а также необходима при оказании давления (кроме силового, которое недопустимо, разумеется же) на любые площадки подобного рода в целом. И это – свобода слова допустима во всех случаях, кроме случаев призыва к насилию.

Идеи, в основе которых лежит силовое навязывание, не должны допускаться к публикации на таких платформах. Люди, которые призывают к инициации насилия к кому-либо, должны блокироваться, к ним также можно применять всеобщий остракизм до тех пор, пока те не решат отказаться от насильственных стремлений. Также недопустимы призывы к наказанию людей со стороны государственных органов, поскольку такие наказания реализуются силовыми методами. Разумеется, это лишь не касается призывов к самозащите любыми способами в случае инициации насилия со стороны какого-либо агрессора, поскольку данное действие нацелено на прекращение уже совершаемого акта насилия и устранение связанных с ним отрицательных экстерналий.

Вывод: насильников необходимо подвергать остракизму, а насильственные идеи нужно не допускать к публикации и распространению на социальных платформах. Также необходимо оказывать давление (конечно же ненасильственное) на любые социальные платформы с целью добиться от них блокировки людей и материалов, призывающих к насилию. В случае материалов другого рода – всё решается частным путём, каждая платформа сама решает, что ей публиковать, а что нет, и каждый человек решает, пользоваться ли ему той или иной платформой, и вводить ли по отношению к ней персональные санкции, если ему не нравится публикуемый на ней контент.

​Следует ли нам активно пропагандировать действия, которые способствуют БПН в рамках действующего закона? Например, приобретение охотничьих ружей или газовых пистолетов, тренировки по единоборствам (и каким?), создание добровольных дружин для противодействия криминальному насилию и т. д.? Вообще, значит ли, что каждый «идейный» либертарианец должен иметь хоть какое-то оружие или боевые навыки?

Продолжу о самоорганизованных народных дружинах. Могут ли они, если цель их деятельности — отлов акторов неорганизованного насилия (хулиганы, бандиты и т. д.) и сдача их государству, считаться удачным примером первого шага к БПН при этатизме?

Москвич

Если коротко, то да, следует, и да, могут. А теперь подробнее.

Ключевое условие поддержания анархических социальных порядков — массовая готовность лично осуществлять свои права и неготовность делегировать их кому-либо без серьёзной выгоды. Поэтому, разумеется, навыки обеспечения как личной безопасности, так и общественной, через кооперацию, очень сильно помогают выкинуть из головы идею государства, как чего-то жизненно необходимого.

Теперь пройдёмся по конкретным активностям.

Единоборства — не особенно в них разбираюсь, но главная польза от них — снятие психологического блока перед тем, чтобы причинить боль другому, и страха перед тем, что боль причинят тебе. Так что предпочтительнее контактные единоборства, иначе это просто разновидность гимнастики, что, впрочем, тоже полезно.

Нож. Эффективнейший инструмент кухонных разборок, и сомнительно эффективный на улице, в равной схватке. Предназначен, по сути, для внезапного нападения или импровизированной самозащиты тем, что подвернётся под руку. Поэтому специально тренироваться с ножом вряд ли слишком актуально, если сама по себе готовность ударить может быть наработана как-либо ещё.

Газовый баллон. В условиях запрета на нарезной короткоствол — первейшее средство уличной самообороны, работает, как мы видели по 23 января, даже против накачанного омоновца. Навыки применения — несложные. В эффекте легко убедиться даже на себе: последствия мгновенны, долговременный вред здоровью отсутствует.

Гражданское огнестрельное оружие. Применять по людям нельзя, тренироваться на людях нельзя, поэтому единственное, на что оно пригодно — это вырабатывать навыки на мишенях, в предположении, что эти навыки могут пригодиться в тот момент, когда станет плевать на «нельзя». Дополнительный минус владения легальным оружием — его отбирают за две административки, которые можно получить буквально за что угодно, то есть наличие оружия мотивирует сидеть тихо и не рыпаться — а как раз этот-то навык для построения анкапа тренировать скорее вредно.

Дружины. Отличный легальный способ наработать навыки командного силового взаимодействия, без серьёзного риска для здоровья, без просадки по доходам, зарабатывая реальный авторитет у соседей. Если дружинники ловят реальных агрессоров, а не нарушителей общественной морали, то в такие объединения, конечно же, стоит вступать. Опять-таки, далеко не в каждом случае есть смысл в сдаче задержанных государству. Судя по отдельным публикациям, самозванные объединения по охране порядка в тех медвежьих углах, где ментов в последний раз видели в прошлом веке, обычно склонны решать дела на месте, а из этой традиции непременно будут вырабатываться и правовые нормы. Анкап это децентрализация права, так что дружины — это прямо-таки то, что доктор прописал.

Очевидный минус дружин — омерзительный запах официоза уже от самого словосочетания «добровольная народная дружина». Тут, конечно, хорошо бы организовать всё так, чтобы меньше практиковаться в двоемыслии, но это сложно гарантировать.

#БПН, #стратегия

Как дружинники хотели бы себя видеть, и как это в лучшем случае выглядит

​Неужто началось?

Сегодняшние митинги развеяли мою меланхолию. Народу вышло много, народ был зол и весел. Ментов было гораздо больше, чем в прошлые годы. Работали они без ожесточения, но достаточно решительно. Люди на ходу учились сцепке, старались отбивать своих. Плакатов и флагов было мало, выходили не для того, чтобы выпендриться, а чтобы давить массой.

Отдельно мотивируют видео, где ментов заливают перцем, закидывают снежками или просто бьют в морду. Я малодушно выложила баллончик из кармана перед выездом, но в следующий раз непременно возьму. И, возможно, буду даже искать повода применить. Чувствуется, что на этот раз, если и будут заводить уголовки, то уже не высосанные из пальца, не за пластиковые стаканчики, а по-честному. И у меня есть странное ощущение, что такие уголовки скорее подогреют народ, а не смутят. Да, конечно, это я сейчас по горячим следам записываю, пока адреналиновые воспоминания свежи. Но люди уже сейчас морально готовятся выйти через неделю, если не раньше, и у них тоже адреналиновые воспоминания свежи. Так что обострение со стороны протестующих вполне вероятно, а это и есть то, что нужно для появления шансов на его успех.

Отдельное спасибо тому, оставшемуся мне неизвестным, молодому человеку, который предотвратил моё задержание, когда ухватился за меня с криком «а ну руки убрал, это моя девушка!». И мент, что характерно, руки убрал. Так работает гомстед)))

#отчёт, #протест

Это Москва, кажется. У нас таких воодушевляющих кадров не было, к сожалению.

​​Перегрузка стационарного бандита

Битарх, Волюнтарист

Иногда в качестве аргумента о невозможности реализации каких-либо серьёзных попыток достичь свободного общества ещё при существовании насильственной государственной власти приводится тот факт, что силовые агенты государства (т.е. стационарного бандита) просто остановят всю связанную с этим деятельность. Именно поэтому, в частности, невозможно практиковать агоризм – всех агористов переловят и пересажают как экономических преступников, уклоняющихся от уплаты налогов и занимающихся «незаконным» предпринимательством. А без практики агоризма нельзя выстроить альтернативные государственным общественные институты, то есть создать начальную инфраструктуру свободного общества. Также это не позволит выровнять Баланс Потенциала Насилия – силовики просто пересажают тех, кто производит и распространяет оружие самообороны ещё в самом начале этого процесса. А без БПН не может быть и речи о противостоянии стационарному бандиту. Однако у этой проблемы есть решение: нужно сделать так, чтобы государство не могло применять силу, и один из вариантов добиться этого – организовать перегрузку его силовых структур, по аналогии с DDoS атакой онлайн-сервисов.

Для начала всё же необходимо заняться вопросом оружия самообороны. Разумеется для его производства и распространения потребуются финансовые ресурсы, даже если используются наиболее дешёвые и доступные варианты такого оружия. Их сбором можно заняться путём краудфандинга, также возможно появление анонимных меценатов, находящихся вне доступности силовых структур государства. При наличии достаточных средств производство и распространение вооружения не будет проблемой. Посмотрим, например, на ситуацию с производством и распространением наркотиков. Несмотря на преследования со стороны властей их вполне себе производят, пусть и подпольно, а также постоянно есть желающие делать закладки с ними – многие люди не боятся наказания со стороны стационарного бандита. Этот пример показывает нам, что заняться подпольным производством оружия самообороны и найти желающих распространять его вполне реально.

Дальше оружие самообороны попадает в руки людей. Конечно сразу не получится обеспечить им всё население, впрочем, будет достаточно даже небольшого процента людей, особенно если выбирать их тщательно. Лучше всего подойдёт тот, кто наиболее вероятно может стать жертвой преследования и насилия со стороны других людей или уже является ею.
К чему это приведёт? К резкому росту пострадавших и погибших преследователей и насильников. Полиция будет завалена делами подобного рода. Кроме того, сами же представители силовых структур могут стать пострадавшими, если попытаются применять силу к людям, так как с немалой вероятностью они могут наткнуться на владельца оружия самообороны. Ну и не забываем о время от времени происходящих протестах и митингах, где силовики тоже пострадают, если решат напасть на вооружённую толпу.

Всё это просто перегрузит силовые структуры стационарного бандита. Они потеряют способность эффективно выполнять свои обязанности. Из-за загруженности им даже станет далеко как не до экономических преступников – агористы смогут спокойно вести свою деятельность и расширять агористическую инфраструктуру. И не поможет даже попытка ввести тотальный контроль над гражданами – это лишь ударит по экономическому положению власти и уменьшит её силовые способности.

Конечно, кто-то скажет, что от этого пострадают и сами люди, так как больше некому будет защищать их, в том числе и с судебной точки зрения, ведь государственные суды, опять же, будут перегружены. Но это уже вопрос агористической деятельности, в ходе которой можно организовать меры самообороны и независимые институты решения конфликтов. Кстати, в случае неэффективности работы государства ввиду перегруженности его структур многие люди в поиске защиты сами же решат присоединиться к данным альтернативным решениям, что только расширит агористическую деятельность и инфраструктуру.

​Хотела сделать экстремистский пост, но что-то не вышло

В 2017 году Навальный выпустил фильм про Медведева, который неожиданно выстрелил и позволил вывести на улицы огромное количество новых лиц. Тогда многие ждали, что вот-вот должен уже выйти самый главный фильм — про Путина. Ждать пришлось почти четыре года, зато теперь мы имеем сразу дуплет — и про путинский дворец, что весьма эффектно, и тоже способно зажечь новую аудиторию, и про отравителей из ФСБ, что произвело серьёзный эффект даже на давних ценителей.

23 января я, как и большинство моих российских читателей, выйду на улицу для демонстрации своего несогласия с тем, чтобы Навального держали в тюрьме. Это простое предупреждение о том, что граница между крайне нежелательным и совершенно недопустимым проходит сегодня где-то в районе «посадить по беспределу в прямом эфире публичного политика международного уровня». Применение насилия в адрес людей в форме или государственного имущества не декларируется. Но также подчёркивается и нежелание в какой-либо форме согласовывать сам выход с представителями режима.

Со своей стороны режим пока что закономерно демонстрирует, что права на такую демонстрацию он за нами не признаёт и прислушиваться, скорее всего, не будет. Это проявляется в превентивных арестах всех, кто предположительно не только намеревается выйти на улицу, но и способен принять участие в координации протестных акций. Административно зависимым в массовом порядке придумываются на субботу какие-нибудь повинности, студентов предупреждают об отчислениях, лоялисты придумывают страшилки про ментовскую стрельбу на поражение, РКН-тян выпиливает паблики из вконтактика и ролики из тиктока — в общем, направление работы примерно понятно.

Фактически, мы сейчас на развилке между украинским и белорусским сценариями. И я бы, конечно, предпочла украинский, но белорусский мне кажется вероятнее. Я не знаю, какие ещё карты на руках у навальновской команды, но подозреваю, что самые сильные уже разыграны, а для украинского сценария нужна возможность сильно поднять ставки. Короче, иду я завтра с тяжёлым сердцем и без особой надежды не то что на победу, а хотя бы на какое-нибудь улучшение ситуации. Если не случится неприятных неожиданностей, завтра попробую отрефлексировать в очередном посте, на что это было похоже. Так вот канал про теорию превращается в вестник какого-то мелочного копошения…

#Навальный, #протест

​Стилистика 2021 заметно отличается от 2020: все меньше оглядываются на правила

Чем дальше, тем больше удивляюсь, что ещё остались люди, уверенные в том, что государство приносит пользу гражданам, поскольку создаёт нормы, и тем увеличивает предсказуемость жизни. Но если в чём и можно быть уверенными, так это в том, что государство постоянно нарушает свои собственные нормы, а время от времени меняет их, чтобы узаконить эти нарушения. Игра возможна и в другие ворота: если люди массово и осознанно нарушают норму, то в конце концов её смягчат или отменят — но до тех пор испортят жизнь огромному числу людей, а когда норма поменяется, то не удосужатся принести даже мимолётные извинения.

Тебя постоянно стесняют нелепые невыполнимые спущенные сверху нормы, и ты это либо терпишь — либо борешься (последнее называется «заниматься политикой»). Если борешься, то нормы стесняют тебя ещё сильнее. Неважно, являешься ли ты винтиком государственной машины, или полностью частным лицом: свои нелепые нормы найдутся для каждого. Просто в зависимости от твоего веса в сословной иерархии тебе придётся прилагать разные усилия для того, чтобы безнаказанно уклониться от исполнения какой-либо неудобной нормы или отменить её.

Сегодня самым удобным для государства способом введения произвольных ограничений является, конечно, ковид. Можно закрыть любой бизнес, запретить любую офлайн-активность, вменять людям произвольные траты или даже соединять воедино паспортный контроль, спецприёмник и суд. Издержки от самого ковида несут миллионы, издержки от запретов, связанных с ковидом, несут миллиарды. Но страдания миллиардов никак не помогают спасать миллионы, они просто страдают за компанию.

Вы прочли три абзаца нытья, это значит, что ситуация с Навальным ввела меня в ступор. Нужно хотя бы наметить ответ на вопрос «что делать». Навальный утверждает, что лучше всего работает выход на улицу. А как он работает? Ты выходишь. Тебя бьют. Ты выходишь. Тебя штрафуют. Ты выходишь. Тебя сажают. Все вокруг обсуждают слив протеста. Страна становится изгоем, экономика крякает, и те, кого бьют, штрафуют и сажают, ещё быстрее беднеют. Так длится лет двадцать, потом случается чудо, и режим становится достаточно разболтанным, чтобы рухнуть. К этому времени в стране остаются только наиболее инертные и некомпетентные, а толковые давно устроились за границей.

Конечно, любой оппозиционер предпочёл бы, чтобы всё решилось побыстрее. Мирный митинг вдруг превратился в немирный, росгвардию прогнали с площадей, приказ о вводе танков просаботировали, и вот уже премьер объявляет, что президент скоропостижно, и приглашает оппозицию вместе формировать правительство национального примирения. Но пока к такому не принято призывать вслух: недостаточный уровень ожесточения. У нас до сих пор ещё отказ согласования митинга считается веской причиной его отменить.

Если вы рассчитываете поменять ситуацию в стране митингами, то хотя бы расширяйте круг протестующих. Человек уже смешарик? Отстаньте от него, поищите новичка. Приятно видеть в толпе знакомые лица, но гораздо полезнее видеть новые. Если в согласовании отказали по ковиду, это повод митинговать ещё и за отмену ковидных ограничений. Но лучше, конечно, принципиально не оповещать власть о намерении выйти на улицу. Пусть мониторят соцсети, а не надеются, что им добровольно всё расскажут.

Ну и, конечно, если вы собираетесь становиться завсегдатаями протестных акций, вам придётся избавиться от недвижимости, автомобилей и банковских счетов — от всего, что можно арестовать за отказ платить штраф. Или вы намерены платить штрафы? Really? Вы хотите опрокидывать режим — или кормить его? Ещё через некоторое время митингующих начнут массово пытаться увольнять. Это повод сыграть на опережение, обратившись к работодателям с просьбой уволить вас и устроить на то же место вчёрную.

Можно ничего этого не делать, конечно, а просто тихо роптать и не высовываться. Тогда сработает инерционный сценарий, описанный в абзаце про двадцать лет.

Плохой из меня политик, никогда не умела мотивировать людей на подвиги…

Присматриваюсь к тени

​​Мораль и оружие

Волюнтарист

Недавно я ознакомился с главой «Мораль и оружие» одного из трудов этолога Конрада Лоренца. Он сделал довольно интересные наблюдения о том, как ведут себя разнообразные виды животных во внутривидовых стычках. Из них можно сделать важные выводы о насилии, что будет в тему других материалов, которые я публикую на своём канале. Полный текст главы выложил у себя Битарх, вы можете ознакомиться с ним перейдя по этой ссылке. Сейчас же я вам вкратце опишу его суть.

Обычно о насильственных склонностях животных принято судить исходя из межвидовых взаимоотношений. Так нередко проводятся аналогии между тем как хищник, например лис, поймал и убил зайца, и тем, как один человек убил другого. Хотя это сравнение абсолютно несопоставимо, куда более верно сравнивать охоту хищника на других животных с охотой человека на животных. Если же смотреть на то, как животные ведут себя во внутривидовых стычках, можно заметить довольно высокий уровень сдержанности в их поведении.

Конечно, если брать слабо вооружённые виды, то у них подобная сдержанность не так сильно выражена. Однажды Лоренц оставил двух горлиц (разновидность голубиных) в одной клетке и уехал до следующего дня. Он не ожидал от данного решения ничего плохого, хоть и эти особи не ладили между собой, всё равно от голубиных вряд ли можно было ожидать особой свирепости. Однако по приезду он застал то, как одна из особей добивала вторую. А проблема состояла в том, что второй особи просто некуда было бежать. До этого Лоренц наблюдал за стычкой зайцев и вполне логично предположил, что она могла бы закончиться так же, если бы дело происходило в клетке, а не на открытом лугу. Слабо вооружённые виды нередко довольно свирепы в проявлении насилия, но это обычно не приводит к плохим последствиям, так как они не могут быстро и эффективно наносить ущерб своим сородичам, а те в свою очередь всегда имеют возможность сбежать. Но раз они настолько свирепы, то что можно ожидать от более вооружённых видов? Можно предположить ещё более ужасные и кровавые стычки, но не тут-то было.

Наблюдения за волками и собаками показали, что те во время стычек не наносят один одному смертельных увечий. Когда одна из сторон проигрывает, вместо того, чтобы всеми силами продолжать защищаться, она наоборот – подставляет уязвимые места, например шею, одного укуса в которую хватит, чтобы убить её. Однако другая сторона не может этого сделать, её останавливают определённые внутренние сдерживатели. Аналогично птицы, способные нанести сильный ущерб своим клювом, не используют полностью свой потенциал в стычках. Есть пословица, что ворон ворону глаз не выклюет, и эта пословица абсолютно правдивая. Даже когда вороны дерутся, например за еду, им никогда не приходит в голову устранить противника наиболее эффективным, но скорее всего ведущим к его дальнейшей гибели способом – одним метким ударом выклевать глаз. Кроме того, птицы очень аккуратны в чистке перьев своих сородичей, особенно рядом с такими местами, как глаза, они не используют клюв с такой же силой, как при том же приёме пищи. Почему такие сдерживатели выработались – разумеется, потому что иначе представители этих видов перегрызли бы один одному глотки, выклевали глаза и все вместе вымерли.

В данном плане человек ближе к горлицам и зайцам, нежели к волкам и воронам. Он слабо вооружён от природы. Но со временем он стал самым вооружённым существом в мире. Это произошло довольно быстро, у него не было времени на выработку естественных сдерживателей. И, учитывая, что выживание вида невозможно, если его представители будут уничтожать своих сородичей, возникает важный вопрос, который Лоренц сформулировал такими словами:

«Придёт день, когда два враждующих лагеря окажутся лицом к лицу, перед опасностью взаимного уничтожения. Может наступить день, когда всё человечество разобьётся на два таких лагеря. Как мы поведём себя в этом случае – подобно горлицам или подобно волкам? Судьба человечества будет зависеть от того, как люди ответят на этот вопрос. Мы должны быть бдительны!»

​Если агрессор убьёт владельца собственности, то собственность переходит ему?

Кто то

Собственность — это, как сейчас модно объяснять, пучок правомочий. Причём правомочий этих можно наизобретать чёртову уйму: чем более сложны правовые отношения в обществе, тем этих правомочий больше, тем их труднее различить, и тем сильнее они переплетаются. Так, я могу прийти в гости к приятелю и сесть поработать за комп, который он арендует вместе с квартирой на деньги своих родителей, причём доступ за комп оплачиваю поцелуем. Я использую пиратскую операционную систему и набираю текст статьи, которая обещана заказчику, и за которую мной получена предоплата. Могут ли в связи с этим родители приятеля, хозяин квартиры с компом и сотрудники производителя операционной системы также требовать с меня поцелуй, и какую именно долю от поцелуя? Могу ли я вместо поцелуя отправить парня к своему заказчику, чтобы тот сам его целовал, раз у него такая срочность, что мне приходится работать где попало в неурочное время? Ответы на эти вопросы кажутся очевидными, только если у нас в голове есть некоторые примерно одинаковые представления о должном.

Но представления о должном довольно сильно зависят от контекста. Если я убиваю противника в компьютерной игре, и игра подразумевает возможность обобрать труп, то переход мне собственности покойного не вызывает особых споров. Если те же правила действуют в живой ролевой игре, то моя собственность на имущество убитого также может быть вполне легальной. Наконец, если я участвую в такой неприятной разновидности ролевых игр, как настоящая война, то и там присвоение себе оружия, боезапаса и всяких сувениров с тела убитого не вызывает непонимания окружающих.

Более того, военная добыча может не сводиться к шмоткам с трупа. Если завтра Навальный убьёт Путина, он вполне сможет претендовать на то, чтобы унаследовать президентский пост в России, и покажите мне того странного человека, который это оспорит. Пропишите ему тройную дозу фэнтези.

Но как только мы переходим в контекст, где убийство не считается способом разрешения конфликта, оно перестаёт быть и легитимным способом приобретения собственности убитого. После этого весь пучок правомочий для убийцы сожмётся до фактического владения тем, что он сумел с убитого снять, и лишь до тех пор, пока не отберут.

#право, #собственность, #убийство

Спросить | Донаты | Лайв-канал |ФБ | Твиттер | ВК | Ютуб

Мадам Президент, выберите, пожалуйста, блюдо, на которое положить Ваш трофей во время инаугурации.

​Родион Белькович. Кровь патриотов

Некоторое время назад в Новосибирск с презентацией своей книги «Кровь патриотов» приезжал Родион Белькович. Когда я поинтересовалась, планируется ли публикация текста в электронной форме, он ответил, что не планируется, потому что знаю я вас, либертарианцев, купите один экземпляр и выложите в открытый доступ. Ну нет так нет. Пришлось добыть один бумажный экземпляр, отсканить, сверстать — и вот сейчас выкладываю в открытый доступ. Учитывая, сколько в книге сносок, это было то ещё развлечение. В тексте даётся моя ссылка для донатов, на тот случай, если решите отблагодарить меня за публикацию. Могла бы стоять ссылка ещё и самого автора книги, но он свои реквизиты в открытом доступе не держит, и это его выбор.

#Белькович, #интеллектуальная_собственность

Спросить | Донаты | Лайв-канал |ФБ | Твиттер | ВК | Ютуб

​Дебаты Литреева и Милова

23 января на ютуб-канале Александра Плющева состоятся дебаты Александра Литреева и Владимира Милова на тему последних событий в США и различных идеологических трактовок происходящего.

Александр Плющев — ведущий Эха Москвы, который недавно на совершенно безобразном техническом уровне организовал дебаты Михаила Светова и Максима Каца всё по той же теме, а теперь, видимо, хочет взять реванш перед софтом для организации стримов на несколько персон.

Александр Литреев — эстонский айти-предприниматель, известный созданием мобильного приложения Красная кнопка и сервиса Vee VPN. Состоит в Чайном клубе, при технической поддержке которого будут проводиться дебаты, так что надеюсь, что Плющев сможет сосредоточиться на шоу, а не воевать со звуком.

Владимир Милов — экономический обозреватель канала Навальный Live, также ведёт собственный ютуб-канал. В прошлом замминистра энергетики. Соавтор доклада Путин.Итоги и ещё нескольких, а также экономической части президентской программы Навального. Фанат Барака Обамы, на почве любви к которому готов любить даже покойного Джо Байдена, отработавшего при Обаме вице-президентом.

Поводом для дебатов стал твит Милова о том, что твиттер же частная компания, почему, дескать, либертарианцы возмущаются блокировкой Трампа. Литреев ответил, что твиттер полностью в своём праве, а мы все вправе возмущаться блокировкой с точки зрения морали. Владимир парировал вопросом, будет ли он иметь право убить Александра, если возглавит частную военную компанию-монополиста, а остальным останется лишь возмущаться этим с точки зрения морали. Александр охренел от такого передёргивания и пригласил Владимира на дебаты. Тот сперва отнекивался, ссылаясь на то, что со Световым вышло не очень, но затем сменил гнев на милость и согласился. А когда Светов, в свою очередь, начал напрашиваться выйти вместо Литреева, Милов ответствовал, что становитесь в очередь, молодой человек.

Спасибо Чайному клубу за просьбу попиарить ивент, я полезла в твиттер разбираться, откуда что взялось, и это было увлекательно, но откуда у вас столько времени, чтобы сидеть в нём постоянно?

#анонс, #дебаты, #Литреев, #Милов

​Государство побеждает, анархизм тоже

Канал Анархия+, в котором я продолжаю время от времени черпать идеи, продемонстрировал творческое применение теории игр к антиэтатистскому движению. Как я неоднократно упоминала, теория игр используется не для доказатальств, а лишь в качестве инструмента иллюстрирования логики своих рассуждений.

Рассуждение там примерно следующее. Нам вечно подсовывают в качестве примера анархии какого-нибудь Безумного Макса, а мы на это злимся и пытаемся показать, что мы белые, пушистые и хотим совсем не того. Предложенная модель раскладывает исходы войны анархистов с государством по простенькой матрице, где желаемое нами состояние анархии оказывается исходом «анархизм выиграл, государство проиграло», а аморфия, которой нас пугают — это исход «государство проиграло, анархизм тоже проиграл».

Под конец в статье подвешивается в воздухе вопрос о том, что вписать в квадратик «государство выиграло, анархисты тоже». Если определять государство как систему централизованного принуждения, а анархизм как систему распределённого сдерживания, то ситуация вин-вин трактуется автором, как неосуществимая.

Разумеется, панархисты на это отвечают: ничего подобного. Федерализация, переход к системе экстерриториальных контрактных юрисдикций или функциональных перекрывающихся конкурирующих юрисдикций, как раз и означает искомую вин-вин. Государство выигрывает, потому что сохраняется в качестве системы централизованного принуждения, при этом его легитимность резко возрастает. Анархизм выигрывает, потому что государство разукрупняется, влияние граждан на политику усиливается за счёт резкого облегчения смены юрисдикции, также увеличивается податливость государства перед системами распределённого сдерживания.

#анархия, #государство, #панархия, #теория_игр

Спросить | Донаты | Лайв-канал |ФБ | Твиттер | ВК | Ютуб

​​Искоренение агрессивного насилия не требует силового принуждения

Битарх, Волюнтарист

В разговорах о том, как достичь состояния ненасильственного сосуществования, нередко выдвигается аргумент, что без силового внедрения принципов ненасилия всё равно ничего не сработает, ведь останутся люди, которые не пойдут на принятие ненасилия добровольно. Иногда может сложиться и вовсе ошибочное мнение, что сторонники ненасилия якобы хотят искоренить насилие как раз с помощью силы, то есть насилия со своей стороны, чем сами же себя выставляют противоречивыми насильниками, посягающими на свободу окружающих их людей. Разумеется, это не соответствует действительности. Но как всё же без силового внедрения можно достичь состояния ненасилия? Для этого необходимо рассмотреть два подхода к этому делу.

Первый подход состоит в выравнивании Баланса Потенциала Насилия (БПН) и много раз уже обсуждался (статья, видео).

Другой подход предполагает использование биотехнологических методов для разработки и применения генотерапии для воспроизведения результата действия естественного отбора у вооружённых видов (ёжики, дикобразы, некоторые ядовитые змеи и насекомые, которые неспособны инициировать внутривидовое насилие) без непосредственного удаления агрессоров из популяции, а внедрения в их ДНК нужных вариантов генов с помощью вирусного вектора, вызывающего у человека отвращение к инициации насилия. Продвигать её можно так же само, как и любую другую вакцину от опасных заболеваний (а насилие уж точно даже намного опаснее их).

Но как добиться того, чтобы подобная генотерапия была всеми принята без силового внедрения? Даже если получится убедить многих принять её добровольно, то всё равно останутся те, кто не захочет этого делать. Однако и у этой проблемы есть решение.

Во-первых, люди, решившие принять генотерапию, могут использовать ненасильственные методы давления (такие как остракизм или финансовые санкции) на тех, кто этого ещё не сделал и проявляет насильственные склонности. Например, семейная пара решила не вакцинироваться самим и не вакцинировать своих детей, при этом за ними числятся много случаев агрессивного поведения. В обществе, в котором распространена поддержка идеи ненасилия, им будет очень трудно найти школу для обучения своих детей, поскольку в таких условиях мало кто захочет рисковать принимать к себе потенциальных хулиганов, издевающихся над другими учениками. Или, например, человеку может быть отказано в банковских услугах, поскольку есть риск того, что имея патологическую склонность к агрессивному насилию он может начать финансировать террористическую или любую другую насильственную деятельность, которая отразится на репутации самого банка, а возможно и приведёт к жертвам со стороны его персонала и руководителей.

Во-вторых, дротики с генотерапией можно использовать в качестве средства самообороны. Нападение на вооружённого такими дротиками человека будет означать для агрессора его успешное вакцинирование и избавление от насильственных склонностей. Даже если человек использует наёмных агентов для нападения, то вакцинировать можно их, а без них он уже не будет представлять никакой угрозы.

В результате мы видим, что состояние ненасилия может быть достигнуто различными несиловыми методами, в полном соответствии с принципом неагрессии (НАП). Это не та идея, которая требует внедрения сверху или вовсе не имеет шансов быть достигнутой в реальности. И учитывая выгоды, получаемые от искоренения насильственных склонностей в обществе, будет разумно поддерживать реализацию какого-то из перечисленных ранее подходов (или даже всех сразу).

​Жестокие игры

Я почитал про идеологию ненасилия, и у меня возник вопрос. В некоторых «левых» странах Европы долгое время были запрещены смешанные единоборства — они считались не спортом, а зрелищем, поощряющим жестокость. Как к этому относится Анкап-тян? Ведь это, с одной стороны, запретительная мера, а с другой, она идеологически правильная.

анонимный вопрос

Здесь мы видим некоторую путаницу причин со следствиями. Всякие жестокие игры не поощряют жестокость, а просто являются проявлением уже имеющейся жестокости нравов, ну и в какой-то мере моды. Желание пощекотать нервы у людей сохраняется, но для подавляющего большинства сегодня важно, чтобы всё было добровольно и слегка понарошку. Фильм-катастрофа, а не реальное сожжение Рима. БДСМ вместо реальных пыток. Спортивные единоборства разной степени брутальности вместо судебных поединков. Цирк дю солей вместо шапито с неизменными львами.

Что будет, если в каждом квартале открыть клуб смешанных единоборств или ещё какого жёсткого рукоприкладства? Половина разорится (в российском случае побегут к государству клянчить субсидии на развитие спорта). Сорок процентов снизит градус и переквалифицируется на условную капоэйру. Рыночку не надо столько брутальности. Но сколько-то — надо. По этому поводу я давным-давно писала довольно забавный пост.

Простите, сегодня как-то коротко)

#насилие, #регуляции, #рыночек

Рыночек порешает, иншалла

​Вопрос про публикацию ИА «Панорама»

Допустимо ли с точки зрения либертарианской этики поступать так, как описано в мемчике про частную дискриминацию?

Битарх (на сей раз в роли автора вопроса, а не автора ответа — примечание Анкап-тян)

По сути, этот вопрос относится к такому разделу социальных норм, как законы и обычаи войны. Чем больше ожесточённость конфликта, тем больше вероятность сознательного уничтожения нонкомбатантов.

От чего зависит ожесточённость конфликта?

Дам немного парадоксальный ответ. Конфликт будет тем менее ожесточённым, чем в большей степени он воспринимается всеми сторонами, как некое естественное состояние дел. Именно рутина войны заставляет относиться к ней спустя рукава, выражать рвение только перед глазами начальства, а рядовых с противоположной стороны фронта воспринимать, как таких же бедолаг, которых угораздило угодить в это дерьмо.

Одного угораздило родиться немцем, другого французом, теперь они сидят друг напротив друга в окопах. Скучно, блин, может, сыграть в футбол? Одного угораздило родиться в США, другого в СССР, и теперь у первого бункер на заднем дворе, а у второго рядом с проходной завода. Изучать поражающие факторы ядерного взрыва — скука смертная, отчего бы первому не почитать «Капитал», а второму не посмотреть голливудский боевичок? Одного угораздило родиться с членом, другую с вагиной, и теперь вся их жизнь — сплошное минное поле. Значит, они будут трахаться, ощущая себя шпионами в стане врага. Один из консервативной семьи, другой из либеральной, и теперь им положено сраться в соцсетях. А потом оказывается, что бейсбол обсуждать интереснее, и не пошла ли эта политика подальше.

Конфликт никуда не делся, он часть обыденной жизни. Просто далеко не самая важная часть. Собственно говоря, именно так и было в США довольно долгое время, а Трамп своей резкой риторикой и топорной дипломатией способствовал обострению войны. Теперь некоторое время конфликт будет очень ожесточённым, и новость про отключение от ИВЛ очень легко сможет стать реальностью. Для либертарианцев это означает некоторое поле возможностей, о чём я и указала в прошлом посте.

Так допустимо ли с точки зрения либертарианской этики использовать приёмы тотальной войны во время ожесточённых конфликтов? Да, допустимо. Но не очень умно.

#война, #этика

​​Снижение численности населения планеты это плохо?!

Битарх, Волюнтарист

В современном мире мы окружены большим количеством благ, многие из которых являются результатом высокотехнологичного производства. Эти блага дают нам возможность иметь настолько качественную жизнь, которую никто не имел раньше, даже короли и сверхбогатые. Мы можем позволить себе потреблять больше пищи, чем наши предки, меньше болеть и дольше жить за счёт достижений в медицине, быстро и эффективно передвигаться по всему миру и дистанционно вести дела с другими людьми. В перспективе развитие технологий – единственное, что может обеспечить выживание человечества.

Однако сама по себе теоретическая разработка различных технологий бесполезна без организации производства соответствующих ей благ. И чем сложнее это производство – тем длиннее и запутаннее связанные с ним производственные цепочки. Мало того, даже сама по себе теоретическая разработка более сложных технологических процессов зачастую невозможна без практической реализации предыдущих, более простых наработок. Это делает производственные цепочки ещё более длинными и запутанными.

Возьмите самый обычный смартфон, который наверняка находится сейчас рядом с вами, компьютер или телевизор. Чтобы их произвести нужна работа миллионов людей, которые добывают все необходимые химические элементы, обрабатывают их, транспортируют, ведут учёт, занимаются теоретической разработкой, занимаются проектированием производственных процессов и управляют ими, управляют техническими средствами производства и обслуживают их (в свою очередь, для их производства тоже нужно проходить все эти процессы), собирают отдельные детали конечных благ, собирают сами блага из деталей воедино, занимаются ещё сотнями, тысячами и миллионами других сопутствующих процессов. И так обстоит ситуация с абсолютно любым высокотехнологичным благом. А учитывая тот факт, что таких благ тоже сотни, тысячи и миллионы, думаю, теперь должно быть очевидно, что для поддержания высокотехнологичного производства современного уровня необходимы миллиарды людей, которые мы сейчас собственно и имеем на планете.

Из этого необходимо сделать несколько выводов. Во-первых, существует концепция о том, что увеличение населения лишь ведёт к разнообразным проблемам, поэтому будет лучше, если оно сократится до некого количества, которое якобы можно будет обеспечить изобилием всех необходимых благ, а также за счёт этого уменьшится экологическая и ресурсная нагрузка. Однако, это довольно абсурдная концепция. Регуляция количества населения, а уж тем более его сокращение, вынудит сократить и упростить производственные цепочки. Придётся производить меньше благ и они будут худшего качества. Также станет невозможным дальнейшее увеличение производственных цепочек, то есть нельзя будет организовывать более высокотехнологичное и сложное производство. Общество начнёт стагнировать, ограниченные ресурсы будут проедаться абсолютно безрезультатно, кроме того, мы в таком случае гарантированно станем заложниками этой планеты, поскольку производство космических аппаратов это одно из самых сложных производств из всех возможных. Смерть всего человечества в таких условиях будет лишь вопросом времени, причём, скорее всего, не особо далёкого.

Проблемы же, к которым обычно апеллируют при защите позиции регулирования количества населения, решаются именно развитием технологий. Технологии позволяют более эффективно использовать ограниченные ресурсы и производить при этом больше благ, также они открывают пути к более экологичному производству без сокращения его объёмов. Эти проблемы не решаются лишь тогда, когда научно-технический прогресс тормозится искусственным путём, например, неадекватной и насильственной политикой коррумпированных правительств, которые просто уничтожают благоприятную среду для появления и развития новых инициатив.

Читайте далее на сайте ancapchan.info

​США

Про ситуацию в США уже написано много размышлений, от банальных до весьма глубоких, за авторством достаточно уважаемых людей. Попробую обозреть положение дел немножко сбоку.

По двум предыдущим постам вы знаете, что республика это общество людей, согласных по вопросам права. В США сейчас и близко нет согласия по вопросам права, а значит, не может быть правовой оценки ни для выборных процедур, ни для перформанса в Капитолии, ни для последующих чисток в инфополе. Если юрисдикцию суда не признают обе стороны конфликта, то суд не выполняет функцию разрешения конфликтов, а значит, это и не суд вовсе, а более или менее ритуализированная расправа. Короче говоря, я трактую положение дел в США, как гражданскую войну. В войну же выборы в состоянии лишь зафиксировать, какие именно персоналии оказываются у руля до главе доминирующей группировки. Это всё ещё более легитимная процедура, чем прямое правление военных командиров, но фактически на федеральном уровне выборы в США были не между Трампом и Байденом, а между Байденом и Сандерсом (с республиканской стороны выборов не было вовсе). А дальше победивший на выборах Байден просто возглавил войска во время силового разгрома республиканской стороны конфликта.

В каком положении в этой ситуации оказываются анкапы? В положении третьего радующегося. В противостоянии жабы с гадюкой жаба одержала победу, и теперь гадюка временно оказывается на нашей стороне. Союз между агористами, которые отстаивают свободу рынка вне зависимости от хотелок любых силовых группировок, и теми, кто продолжает твердить мантру про право и порядок — это потенциально очень сильная штука. Потому что теперь речь будет идти о нашем праве и о нашем порядке.

На примере инфополя это будет означать вот что. Мы получим серьёзный платёжеспособный спрос на свободные соцсети, на свободный хостинг, на свободные доменные регистраторы, на свободные операционные системы, не мешающие нам распоряжаться пользовательсткими устройствами, на свободное железо без аппаратных бэкдоров, и на свободные деньги для оплаты всего вышеперечисленного. Сетевой эффект — ровно то, чего сейчас очень не хватает инструментам свободы.

Сегодня дело чести для каждого американского республиканца — продать все свои акции Apple и Alphabet, не говоря уже о сраном твиттере, вложить вырученные деньги в биткоины, а на них поддерживать те инструменты свободного рынка, которые наилучшим образом удовлетворят их клиентский спрос на свободный обмен информацией, деньгами и товарами, на самозащиту, на выстраивание мира и порядка вокруг себя, на уничтожение собственности агрессоров, на провоцирование розни между ними, и на инструменты обеспечения слепоты государства, будь то анонимизация действий в сети или парализация воли надзирателей. Выкалывание глаза циклопу — важная часть стратегии.

#агоризм, #война, #сетевой_эффект, #США

Ебут врага — крепчаем мы

​Республиканизм, продолжение

После моего вчерашнего поста о республиканизме я получила развёрнутый комментарий от @evgenii_pavlovich, который мне показалось уместным опубликовать.

Советую посмотреть лекцию, где Родион более понятно и полно изложил свои взгляды. Многое пересекается рассмотренным вами с роликом из Петербурга.

Как обрести равновесие?

Хоть меня и не спрашивали, позволю себе ответить.

С точки зрения республиканцев, анархизм сам по себе не самоценен, это не конечная цель, так как анархизм — всего лишь учение, отрицающее из некоторых оснований легитимность государства, просто в силу того, что государство — это ОПГ (Почему государство — это ОПГ смотрим/вспоминаем аргументы Спунера и Ротбарда. Пересказывать их в приличном обществе нет смысла). То есть в политической философии государство как внутренне противоречивый концепт снято и мёртво, но как феномен политической действительности оно продолжает существовать по инерции в виде недоразумения. С этой точки зрения, этатисты в политической философии — это что-то вроде последователей теории флогистона в химии, а анархисты, занимающиеся исключительно отрицанием государства сегодня, изобретают велосипед и решают уже решённую до них в 19 веке проблему, ничего не добавляя.

На деле же мы видим, что анархисты не просто остаются анархистами, а занимаются изучением того, как функционирует свободное общество, и предлагают его всевозможные улучшения: Ротбард пишет о частных охранных предприятиях как страховщиках, ориентирующихся на естественное право, понятое как неотчуждаемое право частной собственности; Дэвид Фридман говорит о разработке конкурирующих правовых систем на свободном рынке; наша молодежь в известных пабликах рассуждает о панархизме и создаёт концепт контрактных юрисдикций без обращения к идеям естественного права; русские либертарианцы создают партию, призывают к участию в политике, инфильтрации в органы власти и «антигосударственной диктатуре» с люстрациями и дерегуляциями. Другими словами, все эти люди занимаются тем, что проектируют и строят республику. Оставаясь анархистами, они становятся республиканцами. Например, согласие между людьми в существовании естественного права как неотчуждаемого права частной собственности — это частный случай согласия в вопросах права, на котором строится республика. Добровольно заключённые контракты — это опять же эксплицитно выраженное согласие в вопросах права. Но, с точки зрения республиканцев, согласие в вопросах права и общность интересов могут быть не выражены эксплицитно. Главное, что они есть и вы делаете общее дело (res publica).

Таким образом, равновесие по факту в том, что анархисты на деле являются республиканцами. Весь вопрос только в том, что это за res publica, что это за общее дело, каково оно, с какими правовыми нормами вы согласны и в чем состоит общность интересов, с кем у вас эта общность. У коммунистов тоже есть своя республика и своё согласие в вопросах права и общность интересов. Вот только их согласие в вопросах права сильно расходится с согласием в вопросах права, например, либертарианцев.

Окончание на ancapchan.info

#Белькович, #дискуссия

​Что думает уважаемая Анкап-тян о последнем выступлении господина Бельковича?
В нём спикер изложил понятно и связно свои взгляды на политическую философию (и нужно признать их глубину).
Как я понял, основное противоречие между республикой, которую предлагает г-н Белькович, и рыночным анархизмом АЭШ состоит в том, что экономисты (условный термин) озабочены презренным личным обогащением, в то время как суровые рыцари республиканизма считают общественное, а не личное, краеугольным камнем жизни настоящего гражданина. Как обрести равновесие?

Stepan Pavlov

Между республиканизмом и рыночным анархизмом практически нет противоречий, до тех пор, пока и то, и другое воплощается согласно своим принципам. Республиканец признаёт право гражданина на res privata, и подчёркивает, что ему не должно быть никакого дела до того, как именно тот самоутверждается в своей приватной сфере. Анкап признаёт свободу ассоциации, то есть право людей на res publica, и подчёркивает, что ему не должно быть никакого дела до того, как именно они самоутверждаются в публичной сфере.

Личное обогащение не презренно для республиканца, просто для него критерием сравнения людей является gloria — результат их деятельности ради res publica. Политическая деятельность не презренна для анкапа, просто для него критерием сравнения людей является то, насколько хорошо они выполняют лично его рыночные запросы.

Как только публичная сфера вторгается в приватную, на дыбы встают и республиканец, и анкап. Они оба так не договаривались. И они оба будут требовать уважения своих прав.

Нужно ли пытаться обрести какое-то равновесие между этими доктринами? Оно установится естественным путём, если вы будете последовательно отстаивать ценности хоть республиканизма, хоть анкапа. Нищий и некомпетентный не заработает много славы, а значит, ему следует больше вкладывать в развитие своей приватной сферы, чтобы претендовать на что-то в политике и тем обрести gloria. Богатый и рыночно успешный будет менять мир вокруг себя, потому что предпринимательский успех базируется на постоянной бдительности, как бы так ещё лучше удовлетворить клиентов. Это означает, что он будет нести в мир инновации, которые повлияют и на сферу публичного, а это бессмертная слава. Чтим же мы Эдисона, и даже Гейтса, хотя в сфере публичного он тот ещё левак.

#анкап, #Белькович, #республика