Увидела на днях пост о Короленко (Владимире, а не Псое), который меня очень удивил. Действительно, в моей памяти от Короленко остались только «Дети подземелья» и еще рассказ «Сон Макара» из университета. А тут выясняется, что Короленко был выдающийся правозащитник. И что еще неожиданнее, так это высказывание Бунина: «Радуешься тому, что он живёт и здравствует среди нас, как какой-то титан, которого не могут коснуться все те отрицательные явления, которыми так богата наша нынешняя литература и жизнь. Когда жил Л. Н. Толстой, мне лично не страшно было за всё то, что творилось в русской литературе. Теперь я тоже никого и ничего не боюсь: ведь жив прекрасный, непорочный Владимир Галактионович Короленко». Итак, Короленко считается первым русским правозащитником. В 1890-е годы он писал в газеты репортажи об ужасном голоде в Поволжье, освещал Мултанское дело и выступил защитником несправделиво обвиненных в убийстве Матюнина крестьян-удмуртов (по версии обвинения, они убили Матюнина в ходе ритуального жертвоприношения), боролся с антисемитизмом и участвовал в знаменитом деле Бейлиса, защищая Менахема-Менделя Бейлиса, обвиняемого в ритуальном убийстве мальчика-христианина. В 1900 году Короленко избрали почетным академиком Петербургской академии наук, но уже в 1902 году он отказался от этого звания в знак протеста против исключения из рядов академиков Максима Горького. До Революции Короленко боролся с жестокостью царских жандармов, защищал украинских крестьян в Сорочинцах. После — не принял методов, которыми большевики пришли к власти, и выразил свое недовольство в письмах к Луначарскому, в которых резко критиковал деятельность ЧК и военный коммунизм. Уже перед самой смертью в 1921 году Короленко организовал помощь голодающим в Полтаве, где он тогда жил. И еще много-много других добрых дел успел за свою жизнь сделать Короленко. Чехов сказал о нем так: «Я готов поклясться, что Короленко очень хороший человек. Идти не только рядом, но даже за этим парнем — весело». Чехову, по-моему, в таких вопросах доверять можно.