Иногда так бывает, что какая-то иноязычная единица заимствуется в русский язык, и спокойно себе в нем живет, а в языке-доноре, наоборот, отмирает. Так случилось с выражением «гамбургский счет». Это выражение пришло в русский язык через книгу «Гамбургский счет» (1928) литературоведа Виктор Шкловского. Цитирую:
«Гамбургский счёт — чрезвычайно важное понятие.
Все борцы, когда борются, жулят и ложатся на лопатки по приказанию антрепренёра.
Раз в году в гамбургском трактире собираются борцы.
Они борются при закрытых дверях и завешанных окнах.
Долго, некрасиво и тяжело.
Здесь устанавливаются истинные классы борцов, — чтобы не исхалтуриться».
И примерно в таком значении это выражение и осталось в русском языке, мол гамбургский счет — истинное положение дел.
Немногочисленные немецкие исследователи сообщают нам, что традиция такая, как описывает Шкловский, скорее всего, действительно была, но при этом выражение die Hamburger Rechnung в немецком языке отсутствует. Попробуйте сами погуглить — ничего нет, только один результат, и тот ведет на статью, в которой упоминается Шкловский. А в русском языке выражение осталось, и пик его употребления, оказывается, пришелся на 2004 год, хотя сейчас оно теряет былую популярность. То есть судя по всему, русский язык законсервировал некогда крылатое немецкое выражение.
Ну а Шкловский-то зачем его ввел? Кого он собирался мерять по гамбургскому счету? Естественно, русских писателей. Вот продолжение цитаты:
«Гамбургский счёт необходим в литературе.
По гамбургскому счёту — Серафимовича и Вересаева нет.
Они не доезжают до города.
В Гамбурге — Булгаков у ковра.
Бабель — легковес.
Горький — сомнителен (часто не в форме).
Хлебников был чемпион»