Итак, хотя обе иконы изображают примерно одно и то же, а именно Марию с младенцем Христом, между ними есть очевидные типологический различия. Прежде всего, они восходят к разным канонам изображения Богоматери с Иисусом. Владимирская — это Елеуса, то есть «умиление», на таких иконах Мать и Сын прижимаются друг к другу щеками, такая композиция передает нежность их отношений и безграничность их любви друг к другу. Смоленская же икона — это Одигитрия, тут акценты расставляются иначе. Младенец Иисус одной рукой благолсловляет, а другой рукой держит свиток, он отстранен от Марии, я бы даже сказала, что если во Владимирской очевидна иерархия мать — сын, тут оба на равных, либо же Иисус главенствует. Дальше следуют различия, скажем так, узуса. Владимирской иконой венчались на царствование русские цари, а Смоленская охраняла западные пределы России от врагов. Наконец, невозможно не заметить, насколько это разные по духу изображения. Владимирская икона дышит нежностью, теплом материнско-сыновьих чувств, здесь Христос — прежде всего младенец. Поскольку мы знаем всю историю до конца, этот момент единения матери и сына выглядит особенно драматично. Смоленская же икона более строгая, она больше похожа на парадный портрет. Здесь в первую очередь чувствуется мудрость обоих, их стойкость и воля. Как православный человек, обращаясь к Смоленской иконе, я бы просила совета, а у Владимирской искала бы утешения. Думаю, что это и есть примерно те различия, на которые указывал Рильке.