Считается, что религия возникла как компенсация страха человека перед бесконечностью и непредсказуемостью мироздания, однако на определенном этапе, я пришел к выводу, что именно наука и атеистическое мировоззрение в своей основе содержит страх.

Дело в том, что любая религиозная картина мира в первую очередь определяет этические и эсхатологические границы, называя что-то злом, а что-то добром.

Я не имею в данном случае в виду более широкую концепцию греха, как преступления и обязательного наказания.

В эсхатологическом смысле главным является определение самих понятий, признаков и границ добра и зла.

Соответственно принцип свободы воли определяется в первую очередь свободным выбором между этими понятиями и связан с понятием совесть, которая сама по себе есть квинтэссенция ценностных экзистенциальных установок. Т.е. религия в принципе вводит понятия добра и зла как фундаментальные. Как потом конкретная традиция все оборачивает в мифы и прилагает к этому антропоцентризм - это уже не так важно. Но принцип некой вселенской битвы всегда присутствует.

Наука изгоняет тезис добра/ зла и свободы воли, и все пытается свести к детерминизму и законам природы, что означает, что нет и добра ни зла, а есть мотивы, резоны, обстоятельства. Нет универсальной ценностной шкалы, а есть дарвинизм, естественный отбор, рационализм и профит.

Эта очень удобная концепция, которая убирает совесть из уравнения и оставляет только профит и принцип, согласно которому для достижения цели все средства хорошо.

Из этого также следует иной принцип - если высшего судьи нет, то "если я достаточно богат и влиятелен, то делаю чего хочу и ничего мне за это не будет". Т.е. совесть и система ценностей перестает быть сдерживающим фактором, и решения и деяния становятся все менее экологичными в социальном смысле. Как говорил Маркс "Нет такого преступления, на которое бы не пошел капиталист, если светит прибыль более 300%..". Любопытно, что венчурная индустрия уже много раз показала прибыль более 300%, более 1500% и более 50000%.

Это позволяет предположить, что единственным условием выживания в венчурно-технологической парадигме является предельно циничная функциональная картина мира, а все, без исключения, кто играет в эти игры - как на стороне инвесторов, так и на стороне основателей неумолимо и полностью деградируют в моральном плане.

Чем больше я над этим размышляю, тем больше прихожу к выводу, что ценность не в успехе, а в счастье и его компоненты не связаны с традиционными признаками успеха. Точнее - компоненты счастья ясны, понятны и свидетельствуют о психическом здоровье. Т.е. для психического здоровья - нормально стремиться к счастью.

В тоже время распространенные компоненты успеха имеют чисто внешнюю атрибутику и связаны исключительно с финансовым и властным рейтингом, что характерно для психически больных людей.

Из чего можно сделать вывод, что в современном понимании прогресс уже не двигается утопистами и гуманистами, а исключительно психопатами с манией величия. В этом смысле такие личности как Генри Форд кардинально отличаются от Цукерберга или Безоса.

Это совершенно две разные модели цивилизационного развития - ориентированная на счастье и развитие, и другая - ориентированная на технологический прогресс, который без учета счастья и этики лишен смысла, и однозначно приводит к самоуничтожению.