У времени перемен есть много отрицательных моментов, но есть как минимум один положительный – будет что внукам рассказать. Люди, любящие описывать современную Россию как безжалостную и стопроцентно эффективную военно-репрессивную машину, очень плохо себе представляют не только уровень хаоса в любой системе подобного масштаба, но и реальную зависимость современного сложного государства от общества, бизнеса и рынка труда. И на наших глазах сейчас разворачивается эпическая битва за этот самый рынок, где на одной стороне государство, которому понадобилось для достижения определенных целей изъять из экономики несколько сотен тысяч людей, а с другой – эта самая экономика, которая этих людей отдавать, откровенно говоря, не очень хочет, хотя по документам вроде и должна. Заявленные цели происходящего выглядят безупречно логичными – призвать в армию наиболее опытных, обученных и мотивированных людей, которые быстро, качественно и с наименьшими потерями выполнят поставленные государством задачи. Но беда в том, что эти самые опытные, обученные и мотивированные люди ценны не только для армии – и в рыночной экономике (а она у нас такая, что ни говори) за таких людей армия всегда будет конкурировать с бизнесом. А это уже повод для большого количества договоренностей. Саботировать мобилизацию – дело не просто непатриотичное, а явным образом противозаконное. Но с другой стороны, если просто взять и выполнить все требования государства, то можно лишиться критической части специалистов, которые в экономике принесут сильно больше ценности, чем на фронте. И лишиться их придется на неопределенное время, потому что сроки службы для мобилизованных никто не объявлял. Так что приходится балансировать между Сциллой и Харибдой. Именно поэтому мы видим, как профессиональные сообщества из различных сфер лоббируют предложения по отсрочкам. Первыми, конечно, были айтишники и их курирующее министерство. Тамошний молодой и энергичный министр – первая причина, почему все так быстро произошло. Но у него есть причины торопиться больше других – публика в этой отрасли не только плохо заменимая, но и весьма востребованная в других частях мира, где ее не зовут в армию (по крайней мере, прямо сейчас). Уже сейчас появляются инициативы от банкиров, промышленников и прочих капитанов экономики – а РСПП даже вышло с предложением не призывать предпринимателей. А в ставший уже притчей во языцех список Минцифры внесены не только традиционные STEM-специальности, но и разнообразные другие, которые к традиционному определению «айтишника» отношения не имеют – и правильно, потому что компания не может нормально работать без финансистов, юристов, и прочих HR. Ну а люди, как и положено в рыночной экономике, голосуют рублем и ногами – если и когда могут себе это позволить. Поэтому мы видим, как на наших глазах формируется рынок труда квалифицированных граждан России за пределами России – или, по меткому выражению одного из наших источников, рынок труда в категории «беглых воротничков».