Утро. Недавно проснувшийся мрачный Олег Иванович лежит на большой постели один. Смотрит в потолок. Затем садится в постели, берет сигарету, щелкает зажигалкой. В проеме двери спальни показывается женская рука. Она машет так, как будто принадлежит большой кукле, которая, стоя на месте, переваливается с ноги на ногу.
“Кукольный” голос из-за двери: Ма-ма…
Олег Иванович: Фальстарт.
Рука исчезает. Затягиваясь сигаретой, Олег Иванович смотрит в пустой дверной проем. Протягивает руку так, как будто в ней пульт. Щелкает пальцами. В проеме снова появляется рука, а затем и сама “кукла”, переваливаясь с боку на бок, входит в спальню. Это модельной внешности девушка лет двадцати, в полупрозрачном белье, с плюшевым медведем в другой руке.
“Кукла”: Ма-ма… Я уже боль-шая. Девяносто-шестьдесят-девяносто. Скоро в школу. А-риф-ме-ти-ка. Один плюс один равно два. Один плюс одна равно три. Раза за ночь.
Еще более помрачнев, Олег Иванович резко встает с кровати и, не глядя на “куклу”, идет в ванную. “Кукла” растерянно опускает руки.
Быстрая перемотка с характерным звуком. Олег Иванович молча бреется, одевается, собирается уходить, “кукла” что-то неуверенно говорит, заискивая и боясь к нему прикоснуться. На пороге Олег Иванович задерживается. “Кукла” робко стоит за его спиной. Он оборачивается.
Олег Иванович, оглядев “куклу”: Ты молодец, молодец. Но…
“Кукла”: Олег Иваныч, ну вы же просто устали. У вас работа трудная. А я…
Олег Иванович прикладывает к ее рту палец. Она замолкает. Он легонько стучит пальцем по ее виску.
Олег Иванович: Слышишь?
“Кукла” растерянно: Что?
Олег Иванович: Не звенит. А должна звенеть. Тренируйся.
Выйдя из квартиры, Олег Иванович вызывает лифт. Не оборачиваясь к выглядывающей из дверей “кукле”, щелкает пальцами. “Кукла” послушно закрывает дверь. Олег Иванович входит в лифт, нажимает кнопку первого этажа. Лифт трогается. Олег Иванович с отвращением смотрит на себя в зеркало.
Олег Иванович: Мы писали, мы писали… Наши писеньки устали…
За закрытой дверью квартиры “кукла” с таким же отвращением на лице выбрасывает руки в стороны и, переваливаясь, идет в кухню.
Приходит человек, говорит: такие-то деньги, нужен киносценарий типа что-то вроде наподобие а ля бля "Криминальное чтиво". Люблю такой разговор. Чтобы впереди конкретные цифры, за ними непосильная задача, можно заработать, всласть поработать и - отдельно - в случае успеха повесить самому себе очередной орден размером с блюдце. Поговорили с вероятным заказчиком, разошлись, он в другой стране, у меня другие дела, другой сценарий пишу, и много чего еще, но буду иметь в виду. Ну, и доимелся в виду. Голова ведь устроена так, что ей глубоко похуй, что ты там себе думаешь. И третье неучтенное полушарие работает, не обращая внимания на два других. И таки шо мы имеем в итоге середины начала? Никакого "Криминального чтива", полностью самостоятельная конструкция из отборных палок и благородного гуано фламинго, экшн унд камеди, дамы и господа, глыбокый русскый умъ надо только расшевелить, и таки он может немножко мочь. Написал уже и первую песню к фильму (хули зря на остановке стоять, скушно же), и с мелодией - только свои палки, только лучшее гуано. Это был репортаж с производственной линии, мастер участка Е. Шестаков, он же укладчица и директор.
А мы белыми цветами Шлепнем фото в черной раме И по траурной программе Горе в рюмки разольем.
Поцелуем руки маме С подведенными глазами И хмельными голосами Тебя снова отпоем.
А на кого ты нас покинул, Кто из тела душу вынул, Как не плакать нам по сыну, Другу, брату и и тэдэ……...
Внезапно. Если кто-нибудь сдает в ближнем Подмосковье скромный домик с городскими удобствами, то я бы снял. Для себя. Прожил на одном месте 9 лет, пора двигаться, засидевшийся клован хуже застоявшегося коня, буду очень благодарен за помощь.
Валерий Соловей пишет, что каждый день в России открываются три храма и закрывается одна больница. Со скрытой такой издевочкой пишет, как будто храм - это не больница. А это лучше, чем больница. Во храме простой и понятный батюшка (а не проктоокулист какой-нибудь) окурит тебя ладаном от духовных паразитов, опрыскает от тараканов в голове и даст поцеловать руку с перстнем, который дороже твоей машины. Зуб ты и сам себе ниткой выдернешь, а от дьяволовой челюсти, заточенной врагами России на камне подлых сомнений, твою жопу спасет лишь крест, раздающий благодать Божию сквозь любые стены и помещения. Прочь, белые халаты и колпаки! Настоящий врач носит чёрное, топчет латынь ногою и борется не с твоей болезнью, а с Сатаной, который дёргает тебя за ручки, ножки и письку.
У сказочного президента - сказочные советники. Г-н Глазьев не исключает «возможности массового переезда на зачищенные от русского населения земли Донбасса уставших от постоянной войны на Ближнем Востоке жителей Земли обетованной». Совсем кукуха у гурвинека выпала, и клюв отдельно валяется.
Валерий Соловей говорит о том, что Россия закончилась как империя. Согласный я. ГБ против Apple долго плясать не может, и довольно скоро всё это советское пердуньё в погонах и без пойдет обнимать помойку. Путин ещё рисует в небе клюкой беспощадных атомных дирижаблей, которые надуются и убьют всех, кто придет покорять Урюпинск. Но люди всё меньше хотят касочку от пуль, а всё больше шапочку по моде. А империя и величие... В США зарегистрированы 225 000 гражданских самолётов и вертолётов. В России 2000. В США 13 500 аэродромов. В России 200. Что меньше, чем на Аляске, где их 400. К вопросу о том, кто похож на великую державу, а кто поссать вышел и не вернулся.
Любовь народа имеет свои границы, они всё уже. Поэтому не только бронежилет, но и бронемайка, бронетрусы и, как следствие, кинг сайз туфли. Чтобы давление на грунт не приводило к самозакапыванию при ходьбе.
Завтра пасха, праздник великой победы добра над памятью, которую нам выпала честь посрамить в самом логове их Голгофы. Любой человек, ты, я, их, помнят и хранят у себя в надежде последний парад Христа. Который знал, на что шел, когда нес то, что дали. И его бесценный подвиг, его раздетые руки в стороны и терновый куст изо лба - это напоминание нам о том, что вот эти семьдесят лет - те две тысячи.
Я не знаю, как мы будем есть эту клумбу и сколько чьих охранников под столом. Но, товарищи, я абсолютно уверен, что если на взаимной основе мы сократим доходы граждан от приусадебных участков и дач, сторонники полиомиелита в Сирии будут окончательно посрамлены. Это политика, и мы должны двигаться, даже когда лицо уже целиком в стене, а волосы на тощих ногах растут непосредственно из костей.
Нуштош, Верховная Рада объявила украинский язык единственным государственным. Самое время швидко подсуетиться. Панове незалежні художні керівники и режисери, ця п'єса виготовлена для вас важкою ручною працею безсонних ночей моих i перекладача Марьяна Беленького. Тексты которого, между прочим, исполнял когда-то Аркадий Райкин. Несколько постановок пьесы готовятся в разных городах, и если к ним добавится Киев, то я буду такий радий, що аж прям стронцій. https://docs.google.com/document/d/1w89NGA6VJy5KnQjS6IgyUwUukV0pI_QnfTU3OHWRvlU/edit?usp=sharing
Московский лобковый крот - единственный представитель эффективной оппозиции нынешним столичным властям. Загоняя Москву под плитку, Собянин ставит целью усмирение ландшафта, на фоне которого будущая пирамида Путина станет главным архитектурным событием не только истории столицы, но и страны. Утечки говорят, что Путин положит Собянина с собой в пирамиду. Если тот преуспеет, превращая город в окаменелость. Московские же лобковые кроты, несмотря на крошечные размеры, втроем способны за ночь выкопать тяжелую плитку, отнести куда-нибудь и продать. Маленькие герои, они сопротивляются как умеют. А не пялятся на эту фотку, как ты.
Есть два способа использовать инвестиции. Можно найти инвестора и жить безмятежно, пока не кончится халява. А можно вскочить на него и домчаться галопом до нужной точки. 7 команд отправились в поход за деньгами, дошли с боями 4, они попадут в Grand Final, где схватятся за 5 миллионов. Какие? Смотрите в финальном испытании Chivas Challenge 2.0: https://www.youtube.com/watch?v=LdGU2_MWc8g
Инвестором твоего проекта в современном мире может стать абсолютно каждый. Если, конечно, ты сможешь продать ему свою идею. Участники Chivas Challenge 2.0 уб...
Россия может возглавить международные туристические рейтинги, сказал вчера Владимир Путин. И никто из моргающих рядом не возразил, что для таких дерзких слов надо семь раз подумать, прежде чем расстегнуть рот. Скорее напротив, ему принесли и развернули перед носом бумажку с рапортом, в котором написано, что в стране только что открыты огромные залежи сервиса и услуг. Что баба Тоня из Кисловодска за ночь в совершенстве овладела английским и научилась за одно фуэте смахивать пыль пипидастром с двух канделябров. Что Крым второго отжима, которому пустили по вене бюджетные миллиарды, вдруг дал такой культуры отдыха, что на джетах слетелись шейхи. Это все, конечно, будет, когда Россия, как честная женщина, вернет его Украине. А та, как честная и умная женщина, вернет его Турции. А пока… Год назад был я с визитом вежливости в Анапе. Милые люди, чудесный город, солнце ночует в море и вылезает по щелчку пальцев. Но… Все же… Когда на пятом этаже съемной хаты тебя ночью вдруг начинают жрать блохи, черные, крупные, недоговороспособные - это так себе развлечение. Хозяйка, конечно, сокрушалась и извинялась, но тех моих прежних ног уже не вернуть. Они в ужасе втягиваются в пах при виде любого постороннего насекомого.
Люди знамя Победы креаклам в жопу водружали, а их на улицу. У каждого по три офицерских чести и медали "За взятие без ордера", а им говорят: освободите помещение, оно теперь нежилое. Разве хорошо это - доить сук, на которых едешь?
Итак, что такое критика и кто такие критики? Разберем на примере. Допустим, вы поэт. Допустим, неплохой. Пишете потихоньку в своем бложике, получаете комментарии, которых постепенно становится больше и в которых ваши читатели нередко вас хвалят. Поэзия сегодня мало кого волнует, но вам немножечко повезло, кто-то добрый, возможно, лично Бог, наделил вас способностью не только складно писать, но и развиваться в этом деле заре навстречу. Мусоля перо и внимая машущей сигнальными флажками музе, вы написали несколько действительно неплохих стихотворений и стали популярненьким, эдаким красным карликом российской поэзии. И даже книжечку выпустили за свой счет тиражом в пятьсот экземпляров. И даже сам великий ужасный N, поэт поэтов, потрепал вас по холке в каком-то из интервью. Вы — на пике своей маленькой милой славы. Точнее, вас ей проткнули. Ибо за нравственностью строже всех следят импотенты, за правилами игры — шулера, а за вами, поэтами… В один прекрасный день к вам в комменты приходит хуй.
Ряженый человеком. Так случилось, вы были в ударе и только что написали самый хороший из ваших же хороших стихов. Среди положительных комментов нашлись даже восторженные. А вот это кое для кого уже просто невыносимо. Поэтому к вам в комменты приходит хуй. Заряженный говном. Он почти всегда бывает краток и пишет примерно так: «Херня. Хотя местами туда-сюда». Вы, поэт, тонкокожее ранимое существо, мотылек над свечкой, курочка над яичком, вскидываетесь, как будто вам по яичку пнул слон. Ибо ничто так не обижает, как походя брошенное небрежное слово без тени конкретики и анализа. Так вот, учтите. В девяноста процентах случаев это слово брошено не походя, а обдуманно, и является не сознательным отношением к вашим стихам, а бессознательным отношением к его же собственным, пришлого хуя, виршам. Ибо лось коню не завидует, а вот мерин – довольно часто, и в девяноста процентах случаев мы просто имеем болезненную реакцию хуевого поэта на успех нехуевого. Это из той же оперы, когда убогий сельский пролетарий поджигает дом неубогого. Или срет ему под ворота. Или распускает про него слухи. Людская зависть вечна, многогранна и повсеместна. Все люди ходят и что-то сеют. Просто мир так устроен, что одни сеют зерна, а другие лишь говна. И последние часто приходят сеять на поля первых. Оживим пример иллюстрацией. Когда некто, написавший (реальные его стихи) Вот так вот оно получается,
когда ничего не случается.
Когда же чего-то случается –
вот так оно вот получается!
И так вот, бывает, случается:
вдруг всё и везде получается.
Но как это быстро кончается!
Ведь вот оно как получается!
Когда же никак не кончается
всё то, что не получается, –
так тоже бывает, случается.
Вот так оно вот получается.
А надо ли мыкаться, маяться?
Не проще ли просто отчаяться?
Или не просто отчаяться,
а вдрызг? Но не получается.
Как маятник время качается:
случается – не случается,
кончается – не кончается.
Раскаяться – и не отчаяться.
Вот так оно всё получается.
Или не получается.
оставляет в вашем блоге комментарий типа «Туфта. Ну хоть так», знайте что перед вами просто-напросто хуевый поэт и с большой вероятностью хуевый человек, который вам завидует и желает вам зла. Осознав это, пошлите его и ему подобных навсегда нахуй, поставьте в своей медкнижке отметочку о прививке и пишите дальше спокойно, развиваясь заре навстречу.
Жаль, правда, прививка действует не всегда. Или не действует никогда. В этом случае просто помните, что лучше тысячу раз послать нахуй вообще всех критиков, чем один раз самого себя.