Обложка канала

Russian in Canada

Канал одной девочки, которая переехала из Санкт-Петербурга в Виннипег, а потом в Оттаву. Пишу, как ощущаю, не приукрашиваю.

Russian in Canada

4 года назад
Открыть в
Вчера узнала, что многие восприняли этот пост товарища Красильщика не так, как я. Я читала и русскую, и английскую версии, и последняя мне тогда показалось более сбалансированной, но в целом, как по мне, обе несли в себе одну и ту же идею. Мне эта колонка видится не призывом испытывать коллективную вину, и не призывом к погружению в депрессию, а, скорее, наоборот. Передаёт коллективную боль, что мы старались как могли, и сделали всё, что могли, что мы как общество тоже страдаем, что то, как мы поступим дальше, и то, что нам принесет дальше жизнь — наша ответственность. Что мы все хотим видеть Россию мирной, но нам не даёт этот поганый режим. Мы все старались, от честных людей, до погибших и сидящих сопротивленцев. И даже не смотря на то, что наши усилия не смогли остановить эту войну, мы не должны считать себя виноватыми, но должны суметь нести коллективную ответственность за то, как будет дальше. Но если же вы были из тех, кому не зашло, кому показалось, что это обесценивание страданий, и перекладывание ответственности, то вот, собственно, продолжение этого поста: https://t.me/krasillive/81
Красильщик

Текст для The New York Times вызвал волну обиды и возмущения — и мне правда очень жаль, что так вышло. Вокруг куча ненависти и отчаяния, в мои планы не входило их плодить. Во-первых, некоторые моменты (например, различие вины и ответственности) были в русском тексте сформулированы небрежно. Во-вторых, есть ощущение, что многие считали из этого текста, что я такой сидел 3 года делал Яндекс.Лавку, жил на Покровке (правда), а куча людей людей по-настоящему сражались — с государством, несправедливостью, за нашу и вашу свободу (правда), и я такой вышел в западную прессу и вальяжно сказал: вы недостаточно сражались, ребята. Вот это неправда, и очень плохо, если такое считывается. В тексте для The New York Times есть три мысли, которые я пытался донести. Мысль номер один: мы не преступники. Вообще-то этот текст не осуждает нас, он защищает нас. Я в этом уверен — и я вижу это по англоязычной реакции. Реакция — слова поддержки и благодарность. Не только мне. Всем нам. Мысль номер два: мы не ожидали того ужаса…

Telegram