Экономически глобализация разваливается на наших глазах. Политически тоже. Но кое-какие ее черты сохранятся, например, в инфопространстве. Эксперты ООН отмечают, что 73% жителей планеты старше 10 лет имеют в своем распоряжении мобильный телефон (в Европе – 93%, и даже в Африке – 61% населения). 75% молодых людей имеют доступ в интернет (в 2021 году этот показатель составлял 72%). Наш мир – информационная мегацивилизация. Повзрослели первые поколения, умеющие нажимать на нужные клавиши. Перед ними нет проблемы физического выживания, их мировоззрение и психология формируются отчасти в соцсетях. И чем моложе человек, тем больше его взгляды схожи со взглядами сверстников из других стран. В зависимости от интернета и гаджетов признались 43% россиян; в поколении 18-24 лет этот показатель составил 54% (свежий опрос SuperJob.ru). Участники нынешних протестов в Иране – молодежь, так же как и китайские демонстранты против политики «нулевой терпимости» к COVID-19. Тот же возрастной диапазон митингующих в Таиланде, экологических протестантов Лондона, Берлина, Амстердама или Брюсселя. В работе с молодежью недостаточно запретов и репрессий. А с формированием ценностей есть проблемы. И не только в России, во всем мире. Ну, если не считать ценностями ЛГБТ, сексуальные эксперименты, наркотики и алкоголь, которыми либералы развлекают и отвлекают от реальности. Кстати, по данным ВЦИОМ, в России рост потребления алкоголя за последний год составил 8% (а среди 18-24 даже 18%). Посещение психологов возросло на 16%, а среди молодежи на 37%. Мы бы предложили создать министерство по делам молодежи. Но ведь министром скорее всего станет какой-нибудь глава Роскомнадзора или депутат Федоров, а то и Хамзаев, не к ночи будь помянут, которые радостно предложат кучу новых запретов. Спецом для молодых. И обнулят смысл этой структуры. А новых Макаренко и Сухомлинских на педагогическом и кадровом горизонте не замечено. Но что-то делать надо.