Базовый вопрос, на который я отвечаю, не столько в том, когда Россия утратит экономические возможности продолжения войны, сколько в том, когда продолжение войны может потребовать радикального изменения экономической политики, а значит, и образа жизни большинства россиян. Горизонт этого прогноза — конец 2025 года.