События, которые привели к развалу Третьего рейха, доказывают, что его нельзя считать эффективным государством. С самого прихода к власти нацисты укрепляли систему тотального подчинения одному человеку, выстраивали запутанные и избыточные бюрократические связи, ставили личные симпатии выше интересов страны и народа. Беспрекословное подчинение соратников лишь подпитывало фанатизм Гитлера, а те убеждали себя во всемогуществе фюрера или сосредотачивались на партийной борьбе даже в тот момент, когда режим начал рушиться под собственной тяжестью. Одной из причин, по которой рейх нельзя было назвать прагматичным или эффективным государством, стал патологический страх перед фюрером. В 1939-м многие представители ближнего круга Гитлера осознавали, что государство не готово к масштабной войне, но никто из них не осмелился откровенно высказать соображения диктатору. Программа налаживания сталелитейной промышленности должна была дать результаты лишь в 1944-м, а программа самодостаточности нефтяной промышленности — в 1946-м. Германия не производила достаточно горючего, а разрыв отношений с Китаем из-за сближения с Японией привел к прекращению поставок многих металлов. Все эти факторы не помешали членам правительства в следующие два года поддерживать даже самые фанатичные и нелепые идеи Гитлера. Можно ли считать рациональным и эффективным государство, в котором политические процессы устроены подобным образом? Василий Легейдо («Будущее») — о том, почему вера в миф о фашистской диктатуре как об эффективном режиме с последовательной идеологией мешает объективно оценить угрозы, исходящие от путинского режима.