От первобытного к средневековому человеку и культу вседозволенности ДАННОЕ СООБЩЕНИЕ (МАТЕРИАЛ) СОЗДАНО И (ИЛИ) РАСПРОСТРАНЕНО ИНОСТРАННЫМ СРЕДСТВОМ МАССОВОЙ ИНФОРМАЦИИ, ВЫПОЛНЯЮЩИМ ФУНКЦИИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА, И (ИЛИ) РОССИЙСКИМ ЮРИДИЧЕСКИМ ЛИЦОМ, ВЫПОЛНЯЮЩИМ ФУНКЦИИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА Наше сознание тоскует по злу и негативному опыту. Хотя бы в гомеопатических дозах. По сей день благодаря христианству зло часто ассоциируется с сексуальностью, с дьявольским. И до конца эти понятия так и не удалось развести. Даже сегодня для многих секс остается «грехом» и «запретом». Феномен современной проституции целиком связан с этим запретом и отношением к сексу как к грязному и нечистому. Можно с уверенностью сказать, что с установлением христианства сексуальность была демонизирована. Более того, это было одним из важнейших пунктов христианской «программы» после однобожия: «моральность» и осуждение античного «распутства», по сути «запрет на секс», подозрительность к любой эротической деятельности кроме деторождения и понятие греха, который зачастую ассоциировался именно с сексуальностью. Лучший пример всего этого — история Содома и Гоморры. До христианства это было совсем не так. Максим Черников («Будущее») с первой статьей из цикла «Суверенность и эротизм».