Marina Akhmedova. Страница 38

Государственная телерадиокомпания Иркутск берет интервью у маньяка Попкова, осуждённого пожизненно за 83 убийства, разговаривает с ним о СВО и его желании поучаствовать в ней. А маньяк как бы хочет. «Либеральные» и не только СМИ разгоняют его ответы, ведь это так выгодно - бросить тень маньячества на российскую армию. Маньяк Попков в неё никогда не попадёт, но, получив возможность поразгоргольствовать о ней, закрепит в умах допустимость присутствия в ней маньяков. Я не знаю, зачем это делается, но с трудом верю, что не нарочно. Зачем вообще брать интервью у маньяков? Кому интересно их мнение? Зачем к ним пускают журналистов, с маньяками должны беседовать следователи. Вопрос с этим, кажется, уже был закрыт, когда интервью у маньяка брала Собчак. Вот такой у нас информационный тыл - враг скажет ему спасибо

Чтобы закрыть дискуссию об осужденных. Она состоялась в связи с тем, что осужденные участвовали в освобождении Соледара, и многие правозащитники тут сбросили маски – то они (до СВО) защищали осужденных, а то брезгливо наморщили носы, когда узнали, что те могут учиться в МГУ, быть помилованными и ходить по одним с нами улицам. Вчера наши корреспонденты пообщались с первыми беженцами из Соледара, и те рассказали, как «вагнеровцы» выводили их из домов, пока над ними постоянно кружили украинские беспилотники, и именно в скопления беженцев прилетали фосфорные снаряды. И я думаю, что когда какой-нибудь бывший зэк тянул на своем хребте трясущуюся от страха женщину, всю жизнь проработавшую на соляной шахте, ей было все равно, зэк он или не зэк, осужден он бы за воровство или за еще что похуже. Для нее он и был помилованием. Все люди равны. И никогда не надо забывать о том, что раскаявшиеся получают прощение. А брезгующие людьми – нет. 

В Днепропетровске обрушилась многоэтажка - в неё попала ракета, сбитая ПВО. Это трагедия. Из неё к утру уже вышел обычный украинский креатив - картинки «девушка, сидящая на обломках квартиры», у неё погиб кот и неизвестна судьба родителей, проклятия, которыми потерявшие близких проклинают россиян. В момент личной трагедии человек имеет право проклинать вообще кого угодно. Следом за родственниками россиян проклинают непричастные украинцы в соцсетях. Но нельзя не заметить, что даже ненависть становится на Украине чувством контролируемым. Обычно проклинают тех, кто ближе. В данном случае, это ВСУ, сбивавшие ракету над домом. Которым инфраструктурная цель оказалась дороже многоэтажки. Но проклинать тех, кто ближе, на Украине уже окончательно страшно. О ПВО нельзя даже говорить. Как и о том, что, стреляя по ДНР, ВСУ прямиком наводят на такие дома, больницы и магазины.

Соледар освободили, и появилась возможность услышать жителей этого города. Они говорят, что обстреливать их ВСУ начали ещё до прихода российских военных, а когда поняли, что будут уходить, обещали разрушить все их «соляные шахты» и стереть вообще все с лица земли. Об этом сейчас говорят первые беженцы. А тактика у ВСУ неизменна - точно так же они вели себя в Мариуполе. И это - не тактика освободителя. Пытавшийся освободить, даже уходя, старается оставить после себя что-то большее, чем было, когда он приходил, что-то лучшее - залатанные дома, выплаченные пенсии, социальные пособия. Но тактика ВСУ в Донбассе психологически вполне объяснима - на его территории Украина никогда не чувствовала себя, как дома, и никогда не воспринимала его жителей как полноценных украинцев. Поэтому после Украины на освобождённой территории Донбасса столько соли

И все равно мы продолжаем о них говорить. Мне пишут – «Перестаньте их обсуждать, этих актеров и певцов» – но тут же оставляют тысячи комментариев. И ничего тут удивительного нет – старый мир разбился, его многочисленные осколки разлетелись в разные стороны, и разговаривая о тех, кто оказался недостоин звания «народного», «кумира» или «героя», мы, таким образом, вычищаем осколки, чтобы в принципе посмотреть – а что за новый мир под ними. Мы пока его в полной мере не видим и не можем описать.   Но лично я слежу за поведением этих людей как за явлением. Вот возьмем, к примеру, неплохую группу Little Big. Странно утверждать, что в российском контексте эта группа – не хорошая. Она хорошая, но для России. Ее музыканты уезжают подальше от этой мерзкой страны, то есть нашей, в надежде на западно-европейскую популярность. Но не тут-то было. Там их не признают и не только потому, что они русские. Вернее, именно потому, что они – русские, как творческое явление, и могут состояться только в органичном им российском контексте. Музыканты в отчаянии, в творческой депрессии, и солист решает прокатиться в Рождество на кресте с колесиками. Он бы, может, и не стал этого делать, если бы не надежда этим поступком привлечь внимание к своему творчеству. То есть делает самому себе чуждое высказывание, чтобы привлечь внимание к своему настоящему, но не востребованному высказыванию. Но и это не работает. Мне кажется, это интересное свидетельство времени – о людях, в жизни которых предательство, запустило цепную реакцию самоуничтожения.   Или многие другие «разбившиеся кумиры». Ведь их уничтожила не СВО и не их высказывания. Просто их время вышло, они закончились одним тем, что перестали наполняться важными для страны и общества смыслами. И вокруг нас их было слишком много. Они стали главными элементами культурного и идеологического пространства – как застывшее искривленное зеркало, которое должно было разбиться, и мы бы, наконец, увидели, что герои – дутые. Их разбила и сломала не СВО. Но без СВО нам бы еще долго пришлось их терпеть.   И вот исключительно поэтому мне еще интересно за этими процессами наблюдать. Но скоро последний осколок уйдет в совок, и пространство очистится, мы увидим идеологически новый мир, и в нем уже не будет даже намека на тех, о ком мы сейчас говорим. 

Уволили очередного актёра - СМИ пишут о том, что художественный руководитель МХТ имени Чехова Константин Хабенский подписал приказ об увольнении народного артиста Дмитрия Назарова и его супруги за «антивоенные высказывания». Двумя днями раньше в Нижнем Тагиле отменили спектакль с их участием - горожане не захотели их видеть и устроили марш в соцсетях. В связи с этим два наблюдения: 1. Радует реакция жителей Нижнего Тагила. Она значит, что взаимоотношения с такими людьми выходят на новый уровень - не нужны будут никакие указания и наказания сверху. Антинародные высказывания сами создадут вокруг человека некомфортную среду для существования. 2. СМИ надо перестать называть высказывания, вроде тех, что делал Назаров, «антивоенными» или «пацифистскими». Они - не те, и не другие. Они пораженческие, они - антироссийские. И они - ПРОВОЕННЫЕ. Ведь если все сделать так, как эти люди требуют, наша страна сломается и нас утопят в войне.

Помните я писала о том, что нам нужны женские руки, которые будут шить для фронта сетки и маскхалаты? Тогда у нас собралась группа «Швейный спецназ», и все это время женщины шили и шили. Очень много чего ушло на фронт. Все ушло на фронт. Лена Шишкина забирала в Ростове, Юра вывозил на позиции. Шитье - волонтерская работа, люди делают что могут, чтобы приблизить Победу. Фронту все сшитое очень нужно. Нужно - не то слово. До сих пор большая потребность не ушла. Но нужны ещё руки в Москве. Если кто-то свободен и может и хочет шить для наших военных, пишите, пожалуйста, Лене Шишкиной @shishkina_dep_bot

Нереально удручает манера, взятая политиками - в высказываниях угождать разным лагерям общества, разъединяя его сильней. Вместо того, чтобы становиться вожаками, оказываются ведомыми не лучшими инстинктами толпы. Теперь Песков говорит, что мы должны бороться за тех, кто уехал. Чтобы им захотелось вернуться. Хочется спросить - с какого перепуга мы должны за них бороться? Пусть сами борются за право вернуться и пусть ещё заслужат его.

«Забрать имущество у тех, кто убежал, и отдать тем, кто на передовой!» - тема сегодняшнего дня, запущенная сверху. Но разве можно такие предложения обсуждать всерьез? Ладно, давайте заберем у какого-нибудь бежавшего идиота двухкомнатную квартиру где-нибудь на Беговой или Парке Культуры и отдадим участнику СВО. Второй скажет – «Мне тоже дайте». Для него заберут трехкомнатную квартиру у кого-то на Пречистенке, и тогда тот, кому дали на Беговой скажет – «А почему мне не на Пречистенке и не три комнаты?». Я сейчас утрирую, потому что наши военные выше вот этой алчности, которую наиболее яростные с дивана пытаются им навязать. Но если продолжить рассуждать гипотетически, то а вдруг всем конфискованных квартир не хватит? Что будем делать? Забирать у тех, кто промолчал. А потом у тех, кто не молчал, говорил патриотическое, но недостаточно громко, и вообще, что-то он противный какой-то. Не напоминает ли вам это чего? Мне напоминает – очень мрачные страницы нашей истории. И хотя это – жесткое утрирование, оно – логическое следствие безответственных высказываний наших политиков, которых стало слишком много в последние дни. Страна, если это сильная страна, в которой правит закон, а не эмоциональный популизм, сама должна обеспечить участников СВО жильем. И она обеспечивает их хорошими выплатами. И, думаю, подачки в виде конфискованных двушек, трешек и однушек предателей нашим военным не нужны.   

А так же президент дал поручения по производству протезов. На встрече я рассказывала президенту о том, что в Республиках много искалеченных украинскими снарядами людей. Немало их и среди военных. А комплектующие для протезов идут из Германии, людям приходится долго ждать с зажившими уже культями. В результате президент поручил: Рассмотреть вопросы о развитии в Российской Федерации производства протезов, комплектующих изделий к ним и исходных материалов, используемых для их производства, в целях обеспечения медицинскими изделиями граждан, у которых ампутированы конечности, в том числе пострадавших в ходе специальной военной операции, с учетом потребности в таких протезах и обеспечения необходимого уровня двигательной активности таких граждан.

Президент России Владимир Путин утвердил перечень поручений по итогам заседания Совета по правам человека. В частности на мою просьбу вернуть мобилизованных врачей-протезистов в республиканский ортопедический центр он дал следующее поручение: Минобороны России подготовить совместно с Минздравом России и органами исполнительной власти Донецкой Народной Республики, Луганской Народной Республики, Запорожской области, Херсонской области и представить предложения по освобождению от исполнения воинской обязанности протезистов, врачей-ортопедов и врачей иных специальностей, призванных на военную службу по мобилизации в Вооруженные Силы Российской Федерации. Ответственные: Шойгу С.К., Мурашко М.А., Пушилин Д.В., Пасечник Л.И., Балицкий Е.В., Сальдо В.В. Срок исполнения - 1 февраля 2023 год

Уверена, что я сейчас говорю непопулярные вещи, и, подхвати я сейчас флаг, переходящий из одних потных от стараний рук в другие, тоже бы на минуту стала героем дня. Но я категорически против конфискации имущества у уехавших и поливающих Россию грязью россиян. Такое предложение сегодня выдвинул Володин. Мне также отвратительны предатели, может, ещё более, чем многим. Но мне не нравится рык заводящейся карательной машины. Если эта пойдёт работать шестеренками и крюками, никто не убежит. Я не принимаю возражений - «А вот в военное время все было по-другому, и машина работала, и страна сдюжила…». На это можно только расхохотаться. Для того, чтобы принимать законы военного времени надо всю жизнь перестроить на те рельсы. А живет ли Москва по законам военного времени? А призваны ли чиновники на фронт? А перестали ли их дети учиться и отдыхать не в России? У нас страна живет слоями, и эти же законы тоже будут намазаны дегтем исключительно на отдельные слои. Конфискация имущества - это сильный перебор. Запрет сдавать это имущество - пожалуйста. Я - за. Запрет зарабатывать в России - я всеми руками. Открытие уголовных дел за спонсирование ВСУ и изустную поддержку армии противника? Надо, давайте делать. Но забирать имущество, вымарывать титры, насылать каких-то ночных неуловимых мстителей - это только чтобы одномоментно заработать подписчиков в телеграме, очки у зрителей. Но в какую темь пойдёт страна? В какую темь?

Эту премию Правительства Российской Федерации я получила сегодня - за освещение событий на Украине. Получила ее в статусе главного редактора «Регнума», но по факту за годы работы в Донбассе и репортажи, написанные оттуда для «Русского Репортера» и «Эксперта» с 2014-го года. И за тексты в этом моем телеграм-канале. Очень серьезно отношусь к этой премии. Будем работать дальше.

Я не большой защитник издания «Подъем», на которое сослались СМИ, писавшие об ответе министерства культуры Чечни на вопрос - будут ли лишать Меладзе званий. Напомню, по версии издания, министерство ответило - нет, потому что он не критиковал Чечню и ее главу. Но, будучи журналистом, я знаю как это обычно бывает - сотрудники министерства дают комментарий, комментарий производит скандал, и уже сотрудник становится крайним - он говорил не от имени министерства, а от своего собственного. Издание обвиняют в фейке. А я не знаю, фейк это или не фейк. Вот когда увижу официальную информацию о том, что министерство культуры Чечни лишило Меладзе всех званий, тогда я и склонюсь к мысли, что, скорее всего, фейк. А пока я такого заявления не видела. Покажите мне, если я пропустила.

Главный редактор ИА Regnum, писатель, журналист, член СПЧ Марина Ахмедова @@Marinaslovo В сети ожесточились споры: как называть точку, самую горячую сейчас на карте боевых действий, — Бахмутом или Артёмовском. Бахмутом его называет украинская сторона, и ей упрямо вторит российская либеральная пропаганда. Возникновение этих споров именно сейчас закономерно: они как далёкие огненные отсветы кровавых боёв за город, достигших пика, после которого город, скорее всего, будет освобождён. «Освобождён» — это тоже неслучайный выбор слова. Он чётко показывает, на чьей я стороне. Пропаганда — украинская и либеральная — назвала бы это событие другими словами: «захвачен», «оккупирован». Выбор слова для одного и того же явления сегодня как никогда свидетельствует о том, на чьей ты стороне и как относишься к СВО. А вот и сама СВО — тоже выбор. В 2014 году Украина упорно называла бойню, устроенную в Донбассе, АТО — антитеррористической операцией. Россия, напротив, называла происходящее там по существу — гражданской войной. Теперь Украине не нравится СВО, но пользоваться аббревиатурами она начала первой. Уже тогда, в 2014-м, начал разворачиваться ещё один фронт, на котором происходила и до сих пор происходит нефизическая битва — битва слов. И она тоже логична, ведь на Украине бьются сейчас не только войска, но и смыслы — русские и западные. А слово — вместилище смысла. Благодаря этой битве, не заводя разговоров о политике, можно считать политические взгляды человека из его прямой речи. Он может впрямую не отвечать на щекотливый вопрос «Чей Крым?». Его отношение станет явным из выбора слов — аннексией он назовёт событие или присоединением. Он может не говорить напрямую, что поддерживает Украину, ему достаточно выбрать предлог — «в» или «на». Использование предлога применительно к Украине стало вопросом принципиальным. Выбрав «в» или «на», можно без многих слов многое сказать. Но всё же остаются люди, не разбирающиеся в тонкостях словесных баталий. Вот ради них и ведётся война слов. Именно эти неискушённые люди могут стать той массой, которая продавит нужный смысл. Они могут бездумно использовать в речи «Бахмут», «в Украине», «аннексия». Они могут не вкладывать в выбор слов того принципиального значения. Но сразу же становится ясно, под чьим влиянием они находятся: какие сайты посещают, каких авторов читают, с кем согласовывают свою точку зрения. Человек 100 раз прочтёт «в Украине», и это повторение выместит из его сознания правильный русский вариант — «на Украине». Слова — оружие мощное. Они имеют свойство незаметно внедряться в подсознание и оттуда заметно говорить. И чем больше людей, повторяющих слова — отражения определённого смысла, тем больше шансов у этого смысла победить. Нет, война слов не так безобидна, как кажется. Слова тоже стреляют и имеют широкую зону поражения. А в конечном итоге даже автоматы и миномёты не могут победить, если за ними не стоят сильные смыслы. Так Бахмут или Артёмовск? Мы говорим «Артёмовск». Несмотря на то, что Бахмут — первоначальное название этого русского города. Он был переименован в Артёмовск большевиками. Но после 2014 года Украина вернула ему название Бахмут — именно потому, что вступила в битву с русскими смыслами. Она положила на это название жирный слой украинского националистического смысла, через который русское сознание пока не может пробиться к своей исторической памяти — к 1571 году, когда русский царь Иван Грозный отдал приказ создать пограничные сторожи и такая была создана по реке Бахмут. Точно так же Украина пыталась внести новый смысл в название Донецка — добавив в него на украинский манер мягкий знак. Она смягчила и ослабила этот твёрдый промышленный город. И первое, что сделали дончане после «майдана», — вынули мягкий знак из названия и швырнули его Украине обратно, показав: смысл Донецка в том, что он твёрд и не сдаётся. Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции. 🟩 Подпишись на канал «Специально для RT»

Социал-демократическая партия Германии, которую представляет канцлер Щольц, выступает за переговоры с Россией по Украине. С формулировкой - «Даже если доверия к российскому руководству больше нет, дипломатические переговоры должны оставаться возможными». Так интересно… Недавно их бывшая канцлер вовсю откровенничала, что водила минскими соглашениями за нос Россию, а доверия все равно нет к нам.

Хорошо, что не «обиделась и ушла плакать». В русском ещё много слов, и можно расширить свой убогий словарный запас. Например, «прокомментировала», «отметила», «заметила», «высказала мнение», «поделилась». Ещё много вариантов. Пока дарю эти

В министерстве культуры Чечни отказались лишать Меладзе звания народного артиста после его шепота «слава-Украине». В министерстве говорят - он же не высказывался против главы Чечни и самой республики. Вот так министерство чеченской культуры сузило понятие Родины до Чечни и ее главы.