Зимние братья
2018, Хлынур Пальмасон

В прокате можно посмотреть фестивальный хит, дебют исландского режиссера, который живет в Дании — «Зимние братья».

Фильм начинается с очень реаличной, почти документальной сцены работы шахтеров где-то на севере Дании. Но постепенно кино рассыпается на элементы, крошится. Становится невозможным говорить не только о нарративе, потому что его нет, но и вообще о какой-то четкой концепции или драмутргии.

Двое братьев — Эмиль и Йохан — живут в безымянном местечке и работают в шахте. Йохан — нормальный, адекватный парень, его брат — странный, «не от мира сего», он упражняется с винтовкой перед телевизором и гонит рыжий самогон, который потом продает рабочим. В самогон он зачем-то добавляет химикаты с завода, и однажды один из рабочих заболевает (то ли от самогона, то ли нет). Эмиль становится изгоем, а тут еще и старший брат уводит девушку. На этом внятный сюжет кончается.

Фильм сделан так, как будто из сценария случайно исчезли некоторые страницы. Четкого финала тоже нет. Режиссер не заботится о том, чтобы зрителю было понятно и просто. Весь фильм — это сочетание цветов и образов, это ритм, музыка и монтаж.

Снятые на пленку «Зимние братья» ничего не говорят о времени и месте, в котором происходит дейтсвие. Немногочисленные якоря не помогают определиться: например, Эмиль смотрит кассеты. Тогда, вроде бы, девяностые, но, думается, что это все-таки что-то вне времени и вне определенного пространства. Отсюда и сравнения критиков с Линчем и Лантимосом. Но мне больше всего это напомнило произведения Франца Кафки только без нарочитого абсурда и почти без юмора. Деревня, в которой живут Йохан и Эмиль, напоминает деревню при Замке. И так же, как у Кафки обрывается рукопись, обрывается и фильм Пальмасона.

О визуальном составляющем картины и о важных ее образах будет в отдельных постах завтра.