Великая Аквариумная рапсодия Поёт со дна аквариума Гребень, блестя очками цвета коньяка. Продуктом его чудо-кадыка Всплывает ввысь геньальнейший залепень. Залепень сей трубит о пустоте, прекрасной, словно брахманы в нирване иль кришнаиты, что цветов нарвали и пляшут в благовонной лепоте... пускает Гребень гимнов пузыри, тем восхищая рыб-интеллигентов, умело заменив им теле-гетто, в котором — лишь лохи и лузыри. как автоихтиолог всех широт, он строит кострому в гиперборее, чтоб вызволить из кащенки скорее печальный, дрессированный народ и поместить для опыта в свой сон, в волшебную нескучную палату, где в Зазеркалье Понтию Пилату портак “Deep Purple” бьёт центурион; где снежный лев, праправнук декабря, посеребрил все дни календаря; где равно виноват и равно девствен парит Рамзес, крылат и равноденствен... Сладкоголосый Гребень прозапас хранит в песках заначку Петербурга: собою посвящённый в демиурга, он кормит ей умы эстетских масс. Его не понимает каста шудр - для них природой предусмотрен «shutter” - и каждый пария, будь хоть облёван он, Бэгэ презрев, «строчит» в «Oblivion”. Но, комнатный аквариумный бог любого укротителя нейронов, приходит Гребень, как приходит срок - и рушится десяток вавилонов! К чему слагать об этом столько слов? — Мой разум вопрошает неустанно. Нирваной русской сердце обуянно, потрясено до самых до основ! Ведь ангелы гудят в жалейки грёз, все демоны свои кусают пятки, когда в грибах добытый купорос он льёт в умов палаты и палатки! Мрак будней превращается в парад тщеты псевдодуховной и прекрасной, где всяк, во лжи плескаясь ежечасной, поёт, смеясь, обманываться рад. Великий гуру, ты открыл нам круг Двуликой Многоликости Безличной! Вся наша жизнь из просто неприличной чудесно-неприличной стала вдруг... Так пой со дна аквариума, пой! Ползи по дну, пари меж стен прозрачных! И знай, что каста брахманов внебрачных идёт, о, Гребень, следом за тобой! Автор: Владимир Вспину