Людмила Улицкая — женщина умная и по-своему талантливая. Талант ее состоял в том, что она, будучи автором единственного приличного произведения, сумела убедить всех в том, что она писательница. Примерно так барышня, от природы лишенная каких-то внешних данных, но зато не обделенная умом, всегда сможет внушить окружающим, что она красивая или, например, «яркая». Произведение это — повесть «Сонечка» 1992 года выпуска. Это визитная карточка Улицкой и то единственное, что вы, скорее всего, у нее читали. В принципе, «Сонечку» могла бы написать любая минимально одаренная ученица какой-нибудь творческой литературной студии, но написала ее завлит камерного еврейского театра и переводчица монгольской поэзии (что? Да!). «Сонечка» — как неуклюжее детище советского автопрома типа «Оки»: простенько, кривенько, бедненько, но хотя бы есть педали и руль, есть куда залить бензин, можно ехать. На остальных произведениях Улицкой, романах типа «казус Кукоцкого» и «Даниэль Штайн, переводчик» ехать нельзя. Там нет несущей конструкции. Рамы нет. Все разваливается, растекается, все в кучу: масло, свечи, провода, обивка от кресел, тормозуха, шаровая, суппорты, все свалено в большой бак, вроде того, в каких в СССР кипятили белье, а автор стоит сверху и мешает в нем деревянными щипцами. И тем не менее, мы знаем, что Людмила Улицкая — писательница. И выступает в Берлине на тему «русские без России». А могла бы — «писатели без литературы», например.