Сегодня 60 лет исполнилось Виктору Пелевину, и, вроде как, нужно что-то сказать. Я начал читать его подростком в 90-х и прошел полный цикл от интереса (модный писатель, мой современник, интеллектуал) через разочарование и полное отрицание (плохо пишет, не умеет изображать персонажей, компиллирует чужие идеи и прожевывает их в каждом новом романе по сто раз) к спокойному признанию, что есть такой факт русской литературы, который займет какое-то место в учебниках будущего. Я понял его, определил для себя и успокоился. Пелевин — юморист и сатирик, причем достаточно высокого уровня. Примерно как сто лет назад был Аркадий Аверченко. Хороший юморист должен быть злободневен. Наблюдателен. Уметь выворачивать реальность неожиданной и абсурдной стороной. Его тексты имеют свойство анекдота, который можно легко и без потери сути пересказать несколькими словами. Юмор должен иметь много уровней, на котором каждый найдет себе что-то по свеому уму. Все это есть у Пелевина. И даже больше: местами он намекает, что шутка, в общем, не совсем и шутка,и мы ему верим — а это уже очень много. Умений же, потребных серьезному романисту высокого стиля, то есть владения изобразительным инструментарием, способности нетривиально и точно описывать место действия и предметы, умения выдумывать живых героев и их взаимоотношения, понимания разницы мужского и женского, молодого и старого, жизнеподобия, а главное — возможности создать произведение настолько многоплановое, что его невозможно просто пересказать, а надо непременно прочитать — всего этого у Пелевина нет. Но ему, видимо, и не надо.