В бот обратной связи мне написали про Акунина. Что он, цитирую буквально, «подлый писатель», потому что «книги Акунина же имеют претензию на некую интеллектуальность, но это легкое чтиво в «эстетической» упаковке. Он потакает читателю, не заставляет его думать, но дает ощущение причастности к чему-то интеллектуальному». Я бы чуть-чуть уточнил. Акунин — худший автор детективов из мне известных. Донцову не читал, может, там еще хуже, хотя вряд ли. На чем строится классический детектив? На том, что а) мы не знаем, кто убийца б) читатель параллельно с сыщиком пытается разгадать загадку и у него это не выходит. Сыщик оказывается умнее, и, когда он выдает решение, раскручивая всю логическую цепочку, читатель бьет себя по лбу: ЭТО ЖЕ БЫЛО ОЧЕВИДНО! Как это работает? Большинство людей мыслит стереотипами. Соответственно, работа автора состоит в том, чтобы подкидывать читателю стереотипные варианты разгадки, каждая из которых в итоге будет ложной. У Честертона был гениальный рассказ про отца Брауна, в центре которого любовная интрига, и все заблуждение состоит в том, что читатель до конца путает мужа и любовника героини. Двое мужчин: один "с внешностью молодого бога", второй — заурядный. У одного фамилия Поттер, у другого — Романес. Один — маклер, другой — знаменитый поэт. Мозг достраивает сам: муж маклер, фамилия у него Поттер и внешность заурядная, молодой бог — конечно, любовник, и фамилия его Романес. В итоге всё оказывается наоборот. Так вот, Акунин не может исполнять этот трюк — потому что думать сам не умеет. Он может только воспроизводить стереотипы — но не как отвлекающие линии, а как основную. Старая черепаха когда-то что-то читала, что-то запомнила, и из этого нахватанного там и сям кроит свои тексты, не всегда отдавая себе в этом отчет. Те «романы», что попадали мне в руки, построены на банальнейших сюжетных ходах, почерпнутых из книг западных мастеров жанра: Конан Дойля, Гарднера, того же Честертона. В лучшем случае. В худшем: финал «Алмазной колесницы» это буквально «я твой отец, Люк!». И естественно, если вы тоже это читали и смотрели в детстве, вы уже на 10 странице знаете, что будет дальше. И НИКОГДА не ошибетесь, предполагая самый очевидный финал. Да что там сюжеты — человек ЯПОНИСТ, и при этом во всех его текстах, где фигурирует Япония, цветет такая развесистая сакура, что даже вообще незнакомому с нихон го и охайо годзаимас становится физически больно. Ну как если бы американский славист писал рассказы про то, как русские пьют водку из самовара и стирают валенки в самоваре же. Но, скажу я вам, и это все еще очень ничего. Книжки читали, мнили себя интеллектуалами, возвышались над собой — и слава богу. Но ведь он в какой-то момент возгордился настолько, что обьявил себя историком. И вот это была, как в анекдоте, уже не беда. А форменная катастрофа.