С некоторых пор слово «русофобия» затерто и примерно ничего не значит («русофобы» теперь все, кто не в восторге), но я этим словом применительно к киношной чернухе крайне редко злоупотреблял, тем не менее, расхваленный в 2010-м в Каннах фильм Сергея Лозницы «Счастье моё» искренне считаю произведением русофобским, более того, это «золотой стандарт» русофобии, как был «золотым стандартом» антисемитизма «Еврей Зюсс». Он русофобский не только по содержанию, а даже по методу производства. Там дальнобойщик едет где-то по современной России, каждый встреченный им - нелюдь, всё очень плохо, надежды нет. При этом в середине нашлось место чисто исторической зарисовке, от которой должно сложиться ощущение, будто всех рефлексирующих людей в нашей местности перебила советская солдатня - те самые деды, которые воевали. Считаем карабашки: украинский режиссер и украинский продюсер на украинские в основном деньги снимают в центральной Украине фильм про сраную рашку, приглашая на все без исключения роли гоблинов, упырей и трифидов российских актеров. Предлагаю понимать это так, что в представлении режиссера украинские актеры таким говном не могут быть чисто этнически, культурно, политически или чем там еще русофобию оправдывают. Одно есть исключение - главный герой, единственный, кому в этом бестиарии сочувствуешь, единственный, кто жертва обстоятельств. Он белорус (ну вы поняли). В «кинопророчества» я не верю, в нутряную русофобию украинской интеллигенции верю, но за последние десять лет Лозница обжился на Западе, принял «новую этику», почувствовал себя Бертолуччи и отзывается о себе как о космополите. За это и только за это самого титулованного (наверное) режиссера Украины с понятно какой позицией по спецоперации вчера исключили из Украинской киноакадемии, потому что «ключевым понятием в риторике каждого украинца должна стать его национальная идентичность, и здесь не может быть никаких компромиссов и полутонов». Воистину - кто не скачет, тот москаль.