Главная ошибка почтенного бумера — это воспринимать феминизм, борьбу за права меньшинств и прочее SJW-нытье как что-то “молодое, незнакомое”. Как “юную шпану”, которую ты не любишь и не принимаешь, но которая обязательно сметет тебя с лица земли и займет твое место — а потому с ней надо хотя бы считаться.

Между тем, поза обиженки (а в этом суть всей новой этики: соревноваться в угнетенности и демонстрировать миру расчесанные на сеансах психотерапии болячки) — это поза миллениала. А миллениалы, они же Generation Y — это те, кто, если верить Википедии, родились между 1981 и 1994. Мне в этом году будет 38, и я — миллениал. То, что иллюзии медленно вплывающих в кризис среднего возраста дядек и тетек до сих пор всерьез воспринимаются как “свежий ветер истории”, можно объяснить только чудовищной инфантильностью этого самого поколения, которое до седых мудей сумело остаться “молодежью”.

Почтенный бумер смотрит на мальчика в шортиках на скутере, который клянчит донаты и все никак не может определиться с “отношенями”. Он припоминает себя в пубертате, понимающе кивает — и ему даже в голову не приходит, что мальчику-то скоро сорокет.

А еще эти мальчики и девочки страшно громогласны. Они разлеглись на пеленальных столиках и вопят о своих травмах так громко, что родителям и в голову не придет, что младенцу пора одеться во взрослую одежду и идти работать. Так громко, что за ними не видно и не слышно следующего поколения, которое уже совсем, совсем другое. Та самая шпана, которая однажды скинет травмированных с их столов.