​​УДЛИНЯТЬ ИЛИ УКОРАЧИВАТЬ? Переводить пятистишия мне бывает довольно сложно из-за формальных признаков, когда я должна выдать пять строк, даже если мне не нужны эти пять строк, ведь я могла бы выразиться лаконичнее.  Да, некоторые переводчики уходят от этой обязаловки: в американском переводе «Юбилея Салата» («День Салата») Тавары Мати, например, переводчица переделала пятистишия в четырехстишия без потери смыла, а потом и Дмитрий Коваленин выбрал именно такой формат для русского языка. Думала об этом сегодня, когда переводила любовное стихотворение поэта Киёвара Фукуябу (IX-X век), который был прапрадедом знаменитой Сэй-Сёнагон. Сначала я сделала перевод, где я старательно «натягивала» строку: добавляла лишние слова или слова-паразиты лишь бы удлинить строчку, чтобы получилось пятистишие, но потом решила не заигрывать с формой и сделала покороче: «Любовь» Кто дал ей это имя?! Назвал бы  Он её как есть: «Погибель» 恋しとは 誰が名づけけむ 言ならむ 死ぬとぞただに 言ふべかりける коиси-то ва/ та-га на цукэкэн/ котонаран/ сину-то дзо тада-ни/ иу бэкарикэру Не могу сказать, что я так уж ценю свои переводы — мне больше нравится сам процесс, а уж получится ли хороший результат дело десятое, но вот этот перевод почему-то мне ужасно понравился. Тогда я решила посмотреть, а как переводили это пятистишие другие переводчики.  Есть классический перевод Александра Долина, где сэнсэй, я так думаю, как раз намеренно удлиняет строки, чтобы вписаться в пятистишие. Ничем другим я не могу объяснить повторы слов, например, «любовь» звучит трижды, хотя в оригинале это слово появляется лишь раз:  Говорят о «любви»… Кто дал ей такое название? Ведь вернее всего  Называть «любовь» не «любовью» — «Умираньем», «смертную мукой»! А потом я нашла вариант Валерия Брюсова, который он сделал с английского: Кто назвал Любовь? Имя ей он мог бы дать И другое: Смерть Он выжал из пятистишия голый смысл и записал в три строки. Кажется, что получилось в итоге хайку, да вот только это не похоже на японское хайку. Японцы не любят в короткой форме противопоставлять два больших абстрактных понятия. Для этого как раз есть форма подлиннее — пятистишия, где можно «любовь» развести со «смертью» подальше и добавить еще всяких словесных конструкций.  Но подход Брюсова мне кажется очень смелым. Пусть это не перевод в классическом смысле, но это очень талантливо. А для себя пока не могу ответить на вопрос, что лучше: удлинять или укорачивать? Наверное, я скорее склоняюсь к Брюсову, но записывать пятистишие в три строки пока не рискую, не обладаю пока такой степенью свободы :) НА ФОТО: Утагава Кунисада. «Призрак монаха Сэйгэна и княжна Сакура». Монах Сэйген может считаться одним из первых в Японии персонажей, которые занимались сталкингом. Он так влюбился в Сакуру-химэ, что преследовал её даже после собственной смерти. Впрочем, с любовью у него было все запутано: в начале он влюбился в молодого послушника, они вместе даже задумали покончить жизнь самоубийством, но Сэйген струсил. А потом уже встретил Сакуру, которая была женским обличием его погибшего возлюбленного. Советую почитать эту историю, она очень и очень запутанная :)