41. Джефф Вандермеер. Борн. 2017 Прочитала я аннотацию: "В разрушенном войнами городе будущего мусорщица Рахиль подбирает странное существо — не то животное, не то растение, не то оружие. Борн — так девушка называет найденыша — учится говорить и понимать мир, населенный такими же, как он, неудавшимися экспериментами ученых. Задает неудобные вопросы (что такое машина? личность? ад? здравый ум?). Показывает красоту среди развалин. Заставляет вспомнить прошлое, осознать ответственность, испытать — привязанность, ощутить — опасность." И решила я, что это что-то миленькое, что-то wholesome. Вандермеера я раньше не читала. Это настоящая фантастика! Не реалистический мир, построенный на одном фантастическом допущении, не учёные предположения о том, как будет развиваться технологический прогресс в близком и далёком будущем, а, чёрт возьми, летающий по небу гигантский медведь, жуки-информаторы и оружие в виде живой рыбы с человеческим лицом. Потому что так в этом мире работает биоинженерия. Этикеточки “фэнтези”, “научная фантастика”, “постапокалипсис” отказываются прилипать на экзотическую шкуру романа. И он, уж конечно, не миленький. Авторский слог мне очень понравился, у текста узнаваемый стиль и характер, в сочетании с богатством мира, это даёт книгу, в которой, кажется, и сюжет не очень важен. История в “Борне” и правда мала, и уместилась бы в пару жестоких предложений. А ещё Вандермеер классно пишет от лица женщины. 📖 Подойдя к краю двора, я наткнулась на необычную картину. Для города, впрочем, она как раз была самой обычной. Три мертвых астронавта, упавших на Землю и вкопанных в нее по грудь, словно поникшие тюльпаны, разбитые забрала были полны праха. Из шлемов расползались то ли странные лишайники, то ли плесень. А еще – кости. Мое сердце вздрогнуло, заметавшись между надеждой и отчаянием. Выходит, кто-то все-таки прибыл в город из недоступного далека, например – из космоса! Это означало, что где-то там оставались люди. Но прибывшие погибли здесь, как гибло здесь все. 📖 Барометром нашего отчаяния стала ночная стрельба. Патронов в городе было так мало, что каждый выстрел, близкий ли, далекий, казался началом последней битвы. В те ночи, когда количество выстрелов переваливало за дюжину, мы уже верили, что нас вот-вот смоет кровавый девятый вал. Ночные огни также превратились в невиданные прежде ловушки. Крошечные островки жизни, от которых уже не ждешь ничего хорошего. 📖 Вик уверяет меня, что мы живем в альтернативной реальности, на что я возражаю, что это его Компания всегда была альтернативной реальностью. А мы каждый день создаем настоящую реальность, наши реальные действия создают многочисленные реальности, пока мы живы. Я говорю ему, что Компания – это прошлое, пытавшееся жить за счет будущего. А будущее – это мы. 📖 – А еще, Рахиль, я могу поведать тебе о твоем прошлом, причем куда больше, чем известно тебе самой. Ну, все эти белые пятна, ты понимаешь, о чем я. Я знаю, что в них спрятано. Что бы вы сделали, мои читатели, давно следящие за мной так же, как следила Морокунья, – невидимо, внимательно и не беспокоясь о последствиях?