26. Юлия Юзик. Бесланский словарь. 2003 Я помню Юзик по её книге про шахидок ("Невесты Аллаха"). Тогда она поразила меня своей юностью, безбашенной смелостью в методах, и некотором отсутствии критики к получаемой информации. Запомнилась ещё и добротой - ни до, ни после я не слышала, чтобы кто-то рассуждал о женщинах, совершающих теракты, с такой эмпатией. Юлия пишет о них как о жертвах принуждения и насилия, не выбиравших ни этой войны, ни методов её ведения, ни смерти. В "словаре" Юлия берёт идеальный для себя жанр журналистики - просто записывает монологи людей без комментариев, что снимает с неё ответственность за отсутствие критичности. Книга в форме словаря важных для Беслана слов: вода, воздух, молитва, ярость, штурм. Под каждой категорией живая речь детей и взрослых, бывших в заложниках , мужчин и женщин - членов семей тех, кто был в школе. Здесь кроме воспоминаний о том как это было, я впервые прочитала о том, что многие люди верят, что часть боевиков ушла в суматохе после штурма, когда в больницу детей возили городские жители на личном транспорте, что верят, что и некоторых заложников могли увезти с собой. Впервые прочитала о том, что взрослые заложники часто плохо относились к чужим детям. Но в первую очередь это книга о скорби во всех её формах, от принятия до абсолютно неизлечимых ран. Даже имея опыт потери, невозможно себе представить такого горя, просто думая о чужой трагедии. Это конечно надо читать. Книги Алексиевич не перескажешь, Бесланский словарь тоже.