DR [Грязный реализм]. Страница 2

​​“Надежды, может быть, и нет, а выход есть. Конечно, мы не знаем какой. Но, наверное, очень убедительный и вне нашего ума.” - Юрий Мамлеев

​​“Работа. Она затягивает. Она вокруг; постоянно присутствующий, обволакивающий, засасывающий гель. Когда ты на работе, то и на жизнь смотришь через кривое стекло. Ну, иногда у тебя появляются крохотные зоны относительной свободы, убежища, светлые хрупкие пространства, где новое, иное, лучшее воспринимаешь как возможное. Потом исчезают и они. Ты вдруг видишь, что таких зон больше нет. Они постоянно уменьшались. Ты знал, что так будет, знал, что однажды тебе придется что-то с этим делать. Когда это случилось? Осознание пришло не сразу, а через какое-то время. Не важно через какое: через два года, три, пять или десять. Зоны все уменьшались и уменьшались, пока и вовсе не перестали существовать, а все, что осталось, — отстой.” - Ирвин Уэлш

​​“«Винный сэндвич!» – что означало порцию портвейна, порцию виски и еще одну порцию портвейна.” - Джек Керуак «В дороге»

​​“Говорят, что человек первым у себя то моет, чем силен. Я сперва лицо мочалом тру, потом – плешь, затем – огузье, а опосля – муде. Такова моя телесная иерархия.” - Владимир Сорокин «Сноб»

​​“Человек — унылое животное, которое впустую растрачивает свой потенциал. Я сажусь в набитый автобус, смотрю на людей — и я несчастен, потому что чувствую: они все почему-то неправильные. Не потому, что у них Бога нет, не потому, что трезвые, — с ними что-то другое не так... Чтобы вырваться на свободу, нужна поистине дерзкая, изобретательная душа.” - Чарльз Буковски

​​“Обреченность – вот наш действующий моральный кодекс.” - Хантер Томпсон «Царство страха»

​​“Мне нравятся люди, но они мне нравятся короткими очередями. Мне не нравятся люди в течение длительного времени. У меня все в порядке с ними ненадолго, но как только проходит минута, мне надо уебывать оттуда. И причина всему этому — у меня очень низкий уровень терпимости к тупой херне.” - Джордж Карлин

​​“И почему, собственно, жизнь, в принципе, должна иметь смысл? Все животные и подавляющее большинство людей прекрасно живут, не испытывая никакой нужды в смысле жизни. Живут, потому что живут, и точка, – так они мыслят; потом умирают – надо думать, потому, что умирают, вот и вся их философия.“ - Мишель Уэльбек «Покорность»

​​“Это была самая большая и грозная империя в мире, которая просуществовала всего семьдесят лет, провела несколько огромных войн и уничтожила четверть своего населения. У нее была самая могущественная в мире армия, самые лучшие танки и автоматы, и самые красивые женщины. Все ее жители были государственные рабы. Они были обязаны всю жизнь трудиться на государство и не имели собственности. При этом они были патриоты, любили свою Родину и считали ее лучшей в мире. А для веселья пили сорокаградусный раствор этилового спирта в воде, называемый «водка».” - Михаил Веллер, “Самовар”

​​“Я опять возвращаюсь к мысли, что я человек, расположенный быть счастливым. Я хотел самой обыкновенной вещи-- любви. С моей, мужской точки зрения...Впрочем, точка зрения может быть только мужская. Женской точки зрения не существует. Женщина, сама по себе, вообще не существует. Она тело и отраженный свет. Но вот ты вобрала мой свет и ушла. И весь мой свет ушел от меня.” -Георгий Иванов

​​“Отвечает Умница голосом послушным: — Для завершения Великой Русской Стены осталось положить 62.876.543 кирпича. Подмигивает дед нравоучительно: — Вот, внученька, кабы каждый школьник по кирпичику слепил из глины отечественной, тогда бы Государь враз стену закончил, и наступила бы в России счастливая жизнь. Знает это Марфуша. Знает, что никак не завершат строительство Стены Великой, что мешают враги внешние и внутренние. Что много ещё кирпичиков надобно слепить, чтобы счастье всеобщее пришло. Растёт, растёт Стена Великая, отгораживает Россию от врагов внешних. А внутренних — опричники государевы на куски рвут. Ведь за Стеною Великой — киберпанки окаянные, которые газ наш незаконно сосут, католики лицемерные, протестанты бессовестные, буддисты безумные, мусульмане злобные и просто безбожники растлённые, сатанисты, которые под музыку проклятую на площадях трясутся, наркомы отмороженные, содомисты ненасытные, которые друг другу в темноте попы буравят, оборотни зловещие, которые образ свой, Богом данный, меняют, и плутократы алчные, и виртуалы зловредные, и технотроны беспощадные, и садисты, и фашисты, и мегаонанисты.” - Владимир Сорокин “Сахарный Кремль”

​​“... ты лежишь у них в постели, это ужас, и в конце концов ты это понимаешь и говоришь: «Что же это я делаю? Чего мне надо?» Жопку помацать не так уж и важно! Потому что как кончишь, потом не кончаешь много часов — по крайней мере я, мне уже шестьдесят. Мозги наперекосяк. Вы читали «Декамерон» Боккаччо? Вот он сильно повлиял на «Женщин». Мне понравилась его мысль: секс настолько смехотворен, что с ним никому не справиться. У него же не столько про любовь, сколько про секс. Любовь смешнее, смехотворнее. Вот был мужик! Как он умел издеваться! Чтобы такое написать, он, наверное, пять тысяч раз обжигался. А может, гомик был, не знаю. В общем, любовь смехотворна, потому что недолга, а секс смехотворен, потому что недостаточно долог. Не смехотворен промежуток — ожидание между сексом и любовью — и отношение к тому, что осталось, с добротой, без озлобления. Мне кажется, мы должны быть добры к тому, что в нас остается на самом донышке.” - Чарльз Буковски

​​“Все мы проснулись через одинаковое (примем за x) число лет после юности, какие-то склизкие и загрубевшие. Возможность сделать выбор ещё есть, но она уже не кажется безграничной. Веселье стало ширмой, прикрывающей готовность забиться в истерике. Мы как-то незаметно оказались посреди преждевременной осени жизни — никакого тебе янтарного бабьего лета, никаких красот, а сразу — мороз, зима, бесконечный, всё не тающий снег. В глубине души я рвался растопить этот снег, я хотел изменить ход вещей в этом мире. Я не хотел стареть раньше времени.” - Дуглас Коупленд «Пока подружка в коме»

​​“Никакой паранойи не существует, – сказал он мне однажды. – Даже самые Худшие твои страхи однажды реализуются, если ты будешь гоняться за ними достаточно долго.” - Хантер Томпсон «Царство страха»

​​“Человеку, который медлит с выбором, достанется выбор, сделанный обстоятельствами.” - Хантер Томпсон

​​“Студенческие годы - это единственный счастливый период жизни, когда кажется, что все дороги открыты, что нет ничего невозможного, а потом взрослая жизнь и работа оборачиваются медленно, но верно засасывающим тебя болотом; наверняка именно по этой причине юношеская дружба, возникшая в студенческие годы - и, откровенно говоря, единственная настоящая дружба, - не выдерживает испытания взрослой жизнью, мы пытаемся избегать встреч с друзьями юности, не желая сталкиваться со свидетелями своих обманутых надежд и лишний раз убеждаться в собственном крахе.” - Мишель Уэльбек «Серотонин»

​​“Мисс Райт рассказала, что в детстве она посещала воскресную школу, и там девочек заставляли ходить в косынках, чтобы уши всегда были закрыты. Потому что в Библии сказано, что Дева Мария забеременела от того, что Святой Дух прошептал ей на ухо. Как будто уши – это влагалища. Вот такая была идея. Что, услышав хотя бы одну нехорошую мысль, ты теряешь невинность.” - Чак Паланик «Снафф»

​​“Чем меньше верил в жизнь, тем меньше приходилось терять. Мне терять было не особо чего – мне и моему средних размеров хую.” - Чарльз Буковски «Юг без признаков севера»