DR [Грязный реализм]. Страница 12

​​“И на кой черт нужно это человеческое воплощение, если для девяносто девяти процентов людей оно проходит даром: поспал, поел, попихался, потрудился — и в гроб. Чем это лучше насекомого? Хотя вся современная западная цивилизация на этом и стоит (на физиологии то есть). Впрочем, ну ее к черту, такую цивилизацию, — все равно она скоро издохнет, как крыса, задохнувшаяся от собственного бытия.” - Юрий Мамлеев “Собрание сочинений. Том 3”

​​“— Гарин, вы же знаете, секс сейчас везде в моде. — Расправившись со своим мороженым, Маша принялась за гаринское. — Чем ещё народу заниматься во время перманентных войн и эпидемий?” - Владимир Сорокин “Доктор Гарин”

​​“Сегодня ночью мы задернем все шторы. Такая штука может посадить на измену любого нарколыгу, заставить его метаться в панике по комнате, как пинг-понговый шарик. Галлюцинации вообще довольно противны. Но через некоторое время ты учишься приспосабливаться к таким явлениям, как визит покойной бабушки, ползущей по твоей ноге с ножом в зубах. Большинство знатоков кислоты легко могут справиться с подобного рода вещами.” - Хантер Томпсон “Страх и отвращение в Лас-Вегасе

​​Название: Проблема верволка в средней полосе  Автор: Виктор Пелевин Описание: Некогда нашумевший роман Виктора Пелевина "Проблема верволка в средней полосе" теперь уже признается литературными критиками как пример "раннего Пелевина, классика современной русской словесности и мастера художественного слова", а лишь несколько десятков лет назад это даже печатать не очень то хотели, указывая автору на популярность "бестселлеров из дьютифри, которые можно издать быстро и народ покупает" как ориентир автору для работы. Забавно, но эти горе-издатели тоже внесли свою лепту в силу и мощь того Пелевина, которого теперь изучают, анализируют.

​​"Словно раковина, буду стар я и тверд", - засыпаю, и снится мне, будто во сне я израсходовал на дыхание три куска хлеба... О бедный мозг человека, о человек, одинокий в песках, и Бог смотрит сверху с внимательной, я бы сказал, улыбкой... Мне приснился прежний наш дом в Новой Англии, и как мои котята пытаются пройти со мной тысячи миль через всю Америку, и мама с котомкой за спиной, и отец, бегущий за неуловимым призрачным поездом, а на сером рассвете я проснулся опять, увидел рассвет, хмыкнул (потому что засек мгновенную смену всего горизонта, будто рабочий сцены поспешил вернуть его на место, чтобы убедить меня в реальности декорации), повернулся на другой бок и заснул опять. "Все едино", - услышал я свой голос в пустоте, которая во сне чрезвычайно соблазнительна.” - Джек Керуак “Бродяги Дхармы”

​​“Их принимали в большом зале возле главного въезда в этот городок; зал был украшен бюстами древних героев — Мольера, Расина, Корнеля, Вольтера и т. д., всех этих пугал, чьи имена так любят поминать министры, произнося своими мокрыми губами речи по поводу какого-нибудь нового «бессмертного», пополнившего эту галерею восковых фигур. (Но, заметьте, здесь не было бюстов ни Рабле, ни Вийона, ни Рембо.) Именно здесь в торжественной тишине происходит встреча родителей и надутых ничтожных людишек, нанятых правительством уродовать души их детей, сворачивать набекрень их мозги и стричь их, точно газоны в парке.” - Генри Миллер “Тропик Рака”

​​“Клои рассказала мне, что во времена французской революции аристократки – все эти баронессы, герцогини, маркизы, графини – которые сидели в тюрьмах, по очереди трахались с любым мужиком, которого пускали к ним в камеру. Клои дышала мне в шею. С любым мужиком. Интересно, кого к ним пускали? Да, забавно они время проводили.” - Чак Паланик “Бойцовский клуб”

​​“Простите мне навязчивую идею о дорогих женщинах, господа, но как же иначе, я ведь жизнь на женщин меряю. Этот мир освещают только они, более никто. Они же сообщают миру цель, беспокойство и движение.” - Эдуард Лимонов “История его слуги”

​​“Ночи чернее преисподней, каждый новый день на толику мрачнее предыдущего. Словно безжалостная глаукома ещё только-только зарождается, а мир уже начал тускнеть.” - Кормак Маккарти “Дорога”

​​“Сначала морфий цепляет нижнюю поверхность ног, затем заднюю часть шеи, нарастающая волна расслабухи охватывает мышцы тела, ослабляя их настолько, что тебе кажется, будто плаваешь без каких-либо четких очертаний или просто лежишь в теплой солоноватой воде. Как только релаксирующая волна вихрем прокатила по моим тканям, я испытал сильнейшее чувство страха. Чудилось, что вне поля моего зрения находится некий ужасный образ, передвигавшийся при каждом повороте моей головы, чтобы я никогда не мог чётко его разглядеть. Подташнивало. Я лег и закрыл глаза. Проследовала череда картинок, очень похоже на просмотр фильма: огромный, в неоновых огнях, коктейль-бар, становившийся всё больше и больше, пока улицы, транспорт, ремонтные мастерские не растворились в нём; официантка с черепом на подносе; звезды в безоблачном небе. Физическое воздействие ужаса смерти; отключка дыхания; остановка кровообращения.” - Уильям Берроуз “Джанки”

​​“Ноги для меня — первое дело. Это первое, что я увидел, когда родился. Но тогда я пытался вылезти. С тех пор я стремлюсь в обратную сторону, но без большого успеха” - Чарльз Буковски

​​“Только в тот момент, когда ты начинаешь путешествовать по миру, ты в полной мере понимаешь, что именно не так с тем местом, где ты родился и вырос.” - Ирвин Уэлш

​​“Углубляйтесь в темы, о которых люди не хотят слышать. Показывайте изнанку жизни. Напирайте на болезнь, агонию, уродство. Настойчиво говорите о смерти, о забвении. О ревности, равнодушии, фрустрации, отсутствии любви. Будьте отвратительны, и вы будете правдивы.” - Мишель Уэльбек “Оставаться живым”

​​“Подслушивать на зэковском жаргоне было «уши греть». «Ты чего уши греешь?» «Стою я утром. У двери уши грею…» Спрятаться – «засухариться». Даже эти несколько примеров зэковского языка демонстрируют его романтичность, старинную деликатность такую… Женские гениталии назывались грубовато: «пилотка». Но вообще-то говоря, похожи, разве нет? Несколько складок, хм… Да и простое, но теплое «хата» взамен казённого и строгого «камера», свидетельствует о скромной, но нежной любви зэка к его местообитанию, пусть у хаты и решётки на окнах, в ней зэк видит свои сны, возможно, маму свою во снах, пусть он и грубиян двухметрового роста.” - Эдуард Лимонов “Монголия”

​​Название: Призраки Автор: Чак Паланик Описание: Невероятная, страшная и смешная история, которую каждый рассказывает по-своему. Девятнадцать «людей искусства», которые приняли заманчивое предложение на три месяца отрешиться от мирской суеты и создать шедевры, а попали в ад! Полуразрушенный подземный готический театр, в котором нет ни электричества, ни отопления... Еда на исходе… Помощи ждать неоткуда... Выживает сильнейший!

​​“Каждый был сам по себе, но вместе они составляли невиданную прежде общность, и пустоты в этой их общей душе поддавались описанию не больше, чем белые пятна на старых картах, где обитают чудовища и где нет ничего из ведомого человеку мира, кроме предположительно дующих там ветров.” - Кормак Маккарти “Кровавый меридиан, или Закатный багрянец на западе”

​​“По-моему, поударять лицом в грязь ни для кого не лишне. По-моему, никому не повредит познакомиться с больницей и тюрьмой. По-моему, всякий должен знать, что такое провести без пищи 4-5 дней. По-моему, жизнь с психованной женщиной хорошо сказывается на характере. По-моему, с особым весельем и облегчением пишется после того, как засадишь проститутке. Эти умозаключения родились у меня оттого, что все мною встреченные стихоплеты были сопливыми медузами и подхалимами. Им нечего было о себе поведать за исключением того, что эгоистичные слабаки.” - Чарльз Буковски

​​“Ты пока что еще не умер и ты должен жить до того момента, пока не умрешь. За всеми этими рассуждениями лежит вера в то, что о суровой реальности неминуемой смерти можно забыть, если больше думать о нынешней реальности, в которой ты еще жив. … А значит, лучше прожить эту жизнь весело и с удовольствием на тот случай, если после смерти тебя ни хера не ждет” - Ирвин Уэлш “На игле”