​​ФСБ объяснила прекращение дела о мятеже: и как, убеждает? НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЁН, РАСПРОСТРАНЁН И (ИЛИ) НАПРАВЛЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ЖУРНАЛИСТСКИМ ПРОЕКТОМ «АДВОКАТСКАЯ УЛИЦА», ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ЖУРНАЛИСТСКОГО ПРОЕКТА «АДВОКАТСКАЯ УЛИЦА» 18+ Сегодня ФСБ в двух предложениях объяснила, почему решила закрыть дело о вооружённом мятеже ЧВК «Вагнер» (ст. 279 УК). Оказывается, участникам «марша на столицу» достаточно было «прекратить действия, непосредственно направленные на совершение преступления». В рубрике #ТолькоСпросить адвокат АП Москвы Андрей Сучков объясняет, почему это обоснование не выдерживает никакой критики. – Могла ли ФСБ прекратить это дело? В уголовном праве «вооружённый мятеж» относится к так называемым «формальным» составам преступления. Они являются оконченными с момента совершения определённых действий – неважно, наступили ли при этом какие-либо последствия. Так что с момента начала мятежа – вне зависимости от его продолжительности и достигнутого результата – организаторы уже «схлопотали» себе статью 279 УК. А активные участники мятежа – с момента совершения активных действий. Хотя из самого факта движения сплочённой вооружённой колонны и захвата органов власти можно сделать вывод, что все участники мятежа проявили исключительную активность. Таким образом, указанное в сообщении ЦОС ФСБ основание – «участники вооружённого мятежа прекратили действия, непосредственно направленные на совершения преступления» – не предусмотрено российским уголовным или уголовно-процессуальным законодательством. – В соцсетях вспоминают 31 УК «Добровольный отказ от преступления»... Да, она предусматривает возможность прекращения уголовного дела, если лицо прекратило приготовление к преступлению. Либо прекратило «действия, непосредственно направленные на совершение преступления» – если при этом «осознавало возможность доведения преступления до конца». Однако мы видим, что для организаторов и активных участников вооружённого мятежа состав преступления был окончен ещё до разворота «марша на столицу». Кроме того, решение о прекращении уголовного преследования всегда индивидуально. Оно выносится в отношении конкретного лица или поимённо перечисленной группы лиц – чего не было сделано. – А как же сбитые самолеты и погибшие летчики? Очень правильный вопрос. Та же ст. 31 УК говорит: лицо, добровольно отказавшееся от доведения преступления до конца, всё равно подлежит уголовной ответственности – если совершенное им деяние содержит иной состав преступления. И даже если ФСБ не хочет видеть очевидного – оконченного состава преступления по ст. 279 – непонятно, почему следственный орган игнорирует факты убийства российских военных, уничтожения армейской техники, повреждения имущества и прочие последствия вооружённого мятежа. – И какой вывод? Всё изложенное свидетельствует о явной незаконности прекращения уголовного дела. И это ещё один наглядный пример глубокого кризиса современной российской правовой системы и российской государственности.