(рабочее и длинное, аж в двух постах) Недавно я получил премию Российского совета по международным делам — за прошлогодний репортаж о судьбе армянских беженцев из Карабаха. Награды всегда приятно, так что спасибо большое организаторам. Но пусть это будет ещё и повод поделиться моей рефлексией о прошлогодних событиях. *** Я вообще по натуре сыч и всегда предпочитал работать в поле один, особо не общаясь с другими журналистами. Даже от «родных» фотографов иногда старался отвертеться. Но в прошлом году этот мой подход резко сломался. Сначала были две командировки в бунтующий Минск, где я бегал по площадям с фотокоррами «Ъ» Иваном Водопьяновым и Александром Казаковым. Хотя я годами освещал митинги и демонстрации, но здесь с самого первого дня учился новому у своих напарников. А ещё встречал на площадях и проспектах московских коллег из самых разных СМИ. И мы каждый раз помогали друг другу, обмениваясь важными телефонами и явками-паролями – и откровенно обсуждали происходящее, не обращая внимания на инфошум в соцсетях. Да что телефоны — я бы не попал в Минск так быстро, если бы не совет одного коллеги. Он детально объяснил, как можно без официальной аккредитации пересечь закрытые на «карантин» границы Беларуси. А потом и я делился этим знанием с другими журналистами — не думая про конкуренцию или фейсбучные разногласия. *** А ещё через пару недель меня занесло в Карабах – и тут я увидел, наконец, настоящую журналистскую солидарность. Отель «Европа» в Степанакерте оказался местом из книжек Хемингуэя и Грэма Грина, которыми я зачитывался в детстве. Здесь была штаб-квартира журналистов из самых разных изданий — зарубежных и российских, государственных и частных. Опытные и совсем зелёные, штатные и фрилансеры, «фотики», «телики» и «карандаши» -- эти люди расступились и приняли меня в свой круг. И это — главная профессиональная награда, которой я горжусь. Здесь никому особо не было дела, на какое издание ты работаешь. Здесь было неважно, кто тебя репостит и сколько у тебя подписчиков в социальных сетях. Когда в городе нет связи, то заслуги в интернете резко обнуляются – и ты становишься сам собой. И люди смотрят не на бренд твоей редакции, а тебя самого: как ты себя ведёшь и как работаешь. Передаёшь то, что видел – или пытаешься привирать. Хвастаешься или готов первым посмеяться над собой. Можно ли тебе довериться – или лучше держаться подальше. Днем мы носились по стремительно уменьшавшемуся Арцаху – а к ночи возвращались в отель, передавали тексты-сюжеты и спускались в лобби. Там, среди пустых бутылок и густого сигаретного дыма, крепилось наше журналистское братство. Мы пили под визг сирен воздушной тревоги, постепенно попускались и рассказывали, где сегодня были. Искренне желая помочь друг другу – славным парням и девчонкам, которых свела в Степанакерте работа. «...Слушай, мы видели беженцев в подвале, там у одной бабушки такая грустная история – может, тебе для фильма пригодится. Давай покажу на карте». «...На северном выезде из города снаряд торчит из дороги и вокруг лошади бродят. Попробуй завтра добраться – хороший кадр получится». «...В Минобороны лучше к *** даже не суйся, он всё равно ничем не поможет. Вот запиши имя и телефон -- человек дельный». Конечно, у всех были свои эксклюзивы. Но это совсем не мешало солидарности. *** Мне не стыдно признаться: лучшие свои тексты с войны я написал благодаря помощи коллег. Репортаж про беженцев (за который я и получил премию) появился, потому что у Антона и Димы из Daily Storm оказалось свободное место в машине – и они позвали вместе сгонять в Лачинский район. История про похороны армянских солдат – потому что Миша из ТАСС не стал скрывать, что собирается со знакомым на кладбище. Вежливый small-talk в лифте с девушкой с арабского телеканала – и вот я узнал про монастырь Амарас и безопасную дорогу к нему. И я побывал на линии фронта только потому, что фотограф Валера Мельников нашёл храброго водителя и позвал остальных присоединиться: в компании и помирать веселее. А баск Пабло одолжил в эту поездку усиленный бронежилет, который сильно грел душу...