(1/1) Если вы интересовались историей Англии, то наверняка знаете, что династия Тюдоров происходила из Уэльса и что притязания Генриха VII на английский престол были формально основаны на кровном родстве с Плантагенетами по женской линии (мать Генриха леди Маргарет Бофор была правнучкой Джона Гонта, герцога Ланкастера, третьего сына Эдуарда III). Некоторые историки любят намекать, что род Тюдоров был де захудалым и незнатным, мне это кажется не совсем справедливым: это была старинная семья, владевшая значительными земельными угодьями в северном Уэльсе. Но, пожалуй, валлийский дворянин Эдмунд Тюдор действительно вряд ли мог бы получить в жены девицу королевской крови, какой была леди Маргарет, но случилось так, что сам он родился в результате довольно скандального мезальянса и приходился единоутробным братом английскому королю Генриху VI. Так что в конечном счете виной всему одна удивительная женщина и удивительная история любви. *** Разбив французов при Азенкуре, Генрих V был максимально близок к исполнению давней мечты английский королей, а именно, возвращению родовых земель на территории Франции, когда-то принадлежавших их предкам — герцогам Нормандии и графам Анжу. Генрих был далеко не дурак и прекрасно понимал, что быть одновременно королем Англии и вассалом французских королей невозможно, как и полностью отторгнуть от Франции те самые родовые земли, населенные людьми, говорящими по-французски (сейчас часто любят рассуждать, что мол понятие нации придумали только в XIX веке, а до этого не было ни у кого никакого национального самосознания, так вот, это чушь собачья. Несмотря на все региональные тонкости, различия и вековые конфликты, жители Франции в XV веке прекрасно знали, что они французы, а не какие-то там англичане). Тогдашний король Франции Карл VI с молодых лет страдал тяжелым психическим расстройством и к старости стал совсем плох. Идея Генриха была такова: жениться на дочери Карла и заставить того написать завещание, согласно которому французская корона перейдет по наследству ее детям. Ну и попутно избавиться от дофина и законного наследника престола. Ужасно интересно, как сейчас выглядела бы карта Европы, если бы этот план удался. Если бы Генрих не умер молодым от кровавого поноса (ирония судьбы, по которой великий без шуток полководец умирает в постели от нелепой болезни. Прямо как Александр Македонский); если бы к загнанному в угол дофину не явилась странная девушка Жанна, неведомым образом принесшая ему военные победы и корону; если бы сын Генриха V, Генрих VI, которого даже успели короновать в Париже как короля Франции, не был младенцем на момент смерти отца и не вырос бы вдобавок размазней. Екатерина Валуа, французская принцесса и королева Англии, после смерти мужа, Генриха V, осталась молодой, 20 лет, вдовой. Мы вряд ли можем знать, какие чувства Екатерина питала к своему мужу-завоевателю. Или к своему брату, ставшему-таки королем Франции Карлом VII. Как бы то ни было, она осталась в Англии, принимая участие в воспитании своего сына, маленького короля Генриха VI. И однажды встретила человека, которого полюбила — никаких других причин быть с ним у нее не было. Мы не знаем точно, при каких обстоятельствах Екатерина встретила скромного валлийского сквайра Оуэна Тюдора. Но знаем, что они обвенчались, и в последующие годы королева родила по меньшей мере четверых детей. Старшим из них и был упомянутый в начале этого текста Эдмунд Тюдор. Брак Екатерины и Оуэна был чрезвычайно необычным. Официально о нем не объявлялось, но королевский двор и высшее духовенство были, конечно, в курсе. Не очень понятно, как Екатерине вообще позволили вступить в такой союз. Это был невероятный мезальянс с учетом не только скромного — относительно женщины, которая была дочерью, сестрой, женой и матерью королей — социального положения Тюдора, но и из-за его валийского происхождения. В те времена в глазах англичан валлийцы были людьми не то что второго, а скорее третьего сорта.