Сначала они пришли за чёрными, я ничего не сказал, потому что не был чёрным. Потом они пришли за геями, я ничего не сказал, потому что не был геем. Затем они пришли за евреями, и я опять ничего не сказал, потому что не был евреем. Наконец, они перестали приходить, потому что в городе не осталось проблем.