Мне говорят — возвращайся уже домой Мы скучаем, мы купим тебе билет Но между цензурой и между тюрьмой Нет больше дома. Нет Родители в очередной раз уговаривают вернуться в Москву. А я думаю о том, что если вернусь, меня рано или поздно оштрафуют или посадят. Меня могут оштрафовать даже за мою татуировку розового треугольника. Я уезжала в начале десятых, потому что видела, что гомофобия будет только усиливаться. И вот, спустя десяток лет, так и есть. У меня в подписках много книжных блогеров, и практически все пишут о том, как жаль, что теперь нельзя будет почитать книги с ЛГБТК+ линией. Но книги — это просто верхушка айсберга. А вот что будет с людьми разной степени нетрадиционности? Страшно, очень страшно, мы не знаем, что это такое, если бы мы знали, что это такое.